***
Ева-Мария вернулась в комнату только под утро, и мы сразу же завалились спать. Меня разбудил настойчивый стук в дверь. — Кого там ещё принесло… Пробормотала я себе под нос, заставляя себя встать, но дверь отворилась и без моего разрешения. — Девочки! Сколько можно дрыхнуть?! Вставайте скорее! Нам за платьями пора! Лениво приняв положение сидя, я протёрла глаза, болящие от вчерашних слёз и недосыпа. — Вот чёрт, Ваннесса! — Беатрис быстро подбежала ко мне, садясь на корточки около моей кровати. — Что произошло? У тебя глаза опухшие. Ты плакала? Я склонила голову, взяв руки Беатрис в свои. — Я чуть позже вам всё расскажу. Спасибо за беспокойство, Беатрис. — Тебя никто не обижал? Мы с Евой-Марией никак не могли найти тебя. Она сильнее сжала мои руки. — Всё хорошо. Правда. — Верю тебе на слово, — она поднялась на ноги. — Ева-Мария, хватит дрыхнуть! Нужно срочно идти за шмотками к Микелине. Пока Беатрис предпринимала отчаянные попытки разбудить Еву, я ушла в ванную дабы умыться и привести себя хоть немного в порядок. — Да уж, выгляжу отвратительно. Чёрт меня дёрнул так сильно рыдать перед балом. Умывшись, и собрав волосы в небрежный хвостик, я вошла обратно в спальню, собираясь взять одежду.
***
Как только мы вернулись от Микелины в школу, Беатрис щелчком телепортировала нас в свою комнату и закрыла дверь на замок. — Беатрис? Почему мы в твоей комнате? Спросила Ева-Мария, разглядывая помещение. Вокруг был сильный беспорядок. Пахло духами Беатрис и цветами. Солнце пробивалось сквозь закрытые шторы, немного освещая комнату. — Ваннесса, рассказывай! Беатрис села на кровать, сложа ладони рук на коленях. — Что? О чём рассказывать? — Ты вчера где-то пропала, и проснулась с опухшими глазами. Присев рядом с Беатрис, я тяжело вздохнула, настраиваясь на рассказ. — Я вчера ходила в храм Патера, чтобы он мне помог вспомнить мою жизнь… И всё оказалось не так хорошо, как я хотела. Когда я рассказала обо всём девочкам, на глазах вновь выступили слёзы. Я до сих пор не могла со всем смириться, раны всё также кровоточили. — Ваннесса… Девочки обняли меня с двух сторон, легонько поглаживая по спине. — Не переживай, напишешь сестричке письмо, и всё будет хо-ро-шо! Чуть ли ни задушив меня в объятиях, Беатрис звонко рассмеялась. За такое короткое время она и Ева-Мария стали мне очень близки, девочки стали моей единственной поддержкой в такой тяжёлой для меня ситуации. — Так! Я сейчас тоже расплачусь! Давайте уже готовиться к балу, иначе вам придётся меня успокаивать! Шмыгнув в соседнюю комнату, Беатрис оставила нас с Евой наедине. — Ваннесса, почему ты не пошла к Ваан? Мы вместе ушли бы в комнату, и я бы тебя поддержала. А то мало ли что бы случилось, ты же всё-таки одна была. — Я была не одна. — А с кем? Ты же говорила… — Когда я обнаружила, что комната закрыта, я не нашла ничего лучше, чем просто рыдать на лавочке в саду. Там я повстречала Влада. Он меня поддержал, помог успокоиться. Я не стала говорить об этом при Беатрис, потому что она снова начала бы нас сводить. — Точно… Влада же тоже не было. Но почему ты не нашла меня? Мы бы вместе пошли в комнату. Я уже было открыла рот, дабы ответить, но Беатрис вернулась из ванной, с грохотом отворяя дверь. — У меня тут сто-о-олько косметики! — она вывалила всё содержимое из сумочки на кровать. — Выбирайте! Бал начинался вечером. Как только мы накрасились и оделись, в дверь раздался стук. — Ох-х, это поклонники… С наигранной усталостью сказала Беатрис, быстрым шагом подходя к двери и отворяя её. — Беатрис… Можно пригласить тебя пойти со мной на бал? В дверном проёме стоял мускулистый парень. Он протянул руку вперёд, вручая Беатрис какой-то неизвестный мне цветок синего цвета. — Ох-х, Кайю… — она приняла растение, рассматривая его со всех сторон. — Я уже знаю, что давно тебе нравлюсь… С твоими знаками внимания, мог бы и не вручать мне amor. — Так ты согласна идти со мной?