И вот обычным весенним вечером около деревенского трактира остановилось трое верховых на приличных, хорошо откормленных лошадях. Один — состоятельного вида усач, при пестром жилете, берете и золотых украшениях, двое других — помоложе и не так богато упакованные, но при этом крепкие, мускулистые и при мечах. Того же порядка мечах, что притащил с собой бедняга Аллис: нормальная острая железка из хорошей стали, но ничего выдающегося.
Мне об этом сообщила деревенская мелюзга, прибежав и начав стучаться в окно лаборатории — мол, там алхимики приехали по мою душу!
Я поблагодарил добровольного гонца, вручил ему пирожок с ревенем от Юльнис, вытер руки, запер журнал экспериментов в шкаф к стопке других таких же журналов и направился к трактиру.
Тревога во мне все-таки зрела: а ну как эти ребята притащат за собой какие-нибудь неприятности? Например, займут жестко непримиримую позицию в отношении местного «прихода» и, несмотря на ходатайство старосты, скажут, что видят в Королевском броде только своего собственного человека!
Тяжелый деревянный стол трактира давно уже стал для меня привычным местом для переговоров. Рейнард принес мне и приезжим алхимикам по кружке «живой воды» (больше воды, чем моего эликсира, но вкус, тем не менее, чувствовался), а также пива, и гостям еще дополнительно — мясной каши и хлеба. После чего мы завели неторопливый разговор.
Старший алхимик представился Бреданом Кейгартом — довольно язылоколомное имя, как по мне. Мужиков помоложе он назвал своими подмастерьями, но у меня сложилось впечатление, что они не столько подмастерья, сколько охрана. Настроен он был, как мне показалось, довольно лояльно: выслушал мой рассказ (по сути, дубль того, что содержалось в письме), сощурил глаза и попросил показать мне мою лабораторию, если я, разумеется, не против.
— Отчего нет, — сказал я. — Пойдемте.
Лабораторию Кейгарт осмотрел дотошно, чуть даже не во все шкафы носы сунул. Похвалил вентиляцию, уточнил, что это я первый этаж дома Айкена переделал, жалостливо покачал головой.
— Ну конечно, — вздохнул он, — в городах земля так дорога, что мы, увы, не имеем возможности строить лаборатории отдельно от жилья! Как жаль, что бездумное соблюдение этого обычая стоило Айкену всего его имущества, а его дочери — здоровья… Кстати, как она?
— Хорошо, спасибо, что спросили, — ответил я. — Через неделю свадьбу играем.
Кажется, Кейгарта эта новость обрадовала.
— Отлично, отлично! — воскликнул он. — Признаю, у нас с Улиасом была договоренность насчет ее брака… Но в текущих обстоятельствах… эх. Вы молодец, что не оставили сироту в беде!
Я с грустью подумал, что Юльнис, будь то инстинктивно или обдуманно, выбрала самый верный способ выжить, соблазнив меня: Гильдия Алхимиков явно не торопилась за нее вписаться! Что, впрочем, было ясно еще по зимнему письму. Да и местная деревня в целом не особенно горела желанием о ней позаботиться: у них и своих девушек на выданье полно, тех, у которых отцы-матери в наличии и активно разбирают всех подходящих женихов. Да и женихи, которые радостно увивались за дочерью уважаемого алхимика, как-то вдруг обнаружили, что сирота без дома и родных, пусть по-прежнему красотка с ангельским голосом, им уже не так интересна!
Ей, пожалуй, действительно некуда было деваться, кроме как ко мне в объятия. Хотя, если уж идти на принцип, я мог бы и занять позицию этакого «доброго дядюшки», выдав ее за кого-нибудь еще — скажем, за какого-нибудь младшего сына из соседней деревни, чья семья соблазнится неплохим приданым. Но — слаб человек. И когда тебя со слезами на глазах целует прекрасная девушка, которую ты до этого несколько месяцев выхаживал — а значит, волей-неволей успел привязаться! — нужно обладать железной волей, чтобы не поддаться ее чарам. А у меня и желания сопротивляться не было: слишком уж долго до этого длился «сухой» период из-за лечения все той же Юльнис!
— В общем, по вашей лаборатории и отзывам уважаемого трактирщика вижу, что экзаменовать мне вас — только зря время тратить, — снова усмехнулся в усы Кейгарт. — Так что гильдейские бумаги я вам выпишу.
Что, серьезно? Так просто? А я-то уж невесть чего себе напридумывал!
— Вот только… — Кейгарт сделал паузу. — Все же полгода после смерти своего наставника вы практиковали без разрешения! Я все понимаю, непростые обстоятельства, вы заботились о тяжелой пациентке — это ясно. Но правила есть правила. Увы, вынужден буду начислить вам штраф, — он назвал сумму. — Но выплатить можно в рассрочку, ничего страшного. Как только наберете деньги — приезжайте в Хайле, отдам вам бумаги.