Класс.
Наверное, по-хорошему, нужно было задержаться и помочь тушить собственный дом, чтобы огонь не перекинулся на соседей. Но мне было не до того, чтобы быть хорошим членом общины. Я спешил в лес.
В моей тревожной сумке — так и не собрался заказать у кожевника анатомический рюкзак, да что ты будешь делать! — лежал костяной свисток. У меня была мысль украсить его черепом и костями, но в итоге я решил, что не настолько хорошо режу по кости. Так что свисток получился простой, без всяких украшений. Зато он создавал вполне надежный ультразвук и позволял призвать моих волчков — и довольно-таки издалека.
На самом деле я долго раздумывал, где мне лучше держать своих химер: в лесной лаборатории или в деревне. Около деревни существовал риск, что их заметят. Но в лаборатории их полезность критически снижалась: мне ведь нужно было, чтобы они охраняли меня и на пути туда, а не только уже непосредственно на точке. Так что в итоге я пошел на компромисс. Сделал для волчков пару тайников под корнями старых деревьев в непосредственной близости от Королевского брода и запрограммировал их приходить на сигналы свистка. Слух у волков замечательный, слышат они очень далеко, особенно ультразвук. Опять же, в отличие от настоящего зверя, им не нужно добывать еду, испражняться и вообще двигаться — могут лежать в укрытии неделями и даже месяцами. Мухи их не кусают, потому что консервант; крупные копытные, типа лосей, и более крупные хищники, типа тех же медведей, тоже избегают — запах не тот. Красота! А понадобилось — подзовешь и прибегают. Разве что иногда бывают в земле выпачканные, если кусок укрытия обвалился.
На зиму, правда, приходилось их переводить в другие укрытия, потому что те, подкорневые, засыпало снегом, и из-под снежного покрова звери переставали слышать свисток.
В общем, я посвистел и подождал с четверть часа, пока из темноты ко мне не выскочили два пушистых красавца.
Честно говоря, сырье, с которого я начинал, было дохловатое — отощали волки за зиму. Но я немного поработал с их экстерьером. Мышечную ткань пришлось добавлять от свиней и собак, но ничего, итог все равно симпатичный вышел.
Волки не уставились на меня, пытаясь прочесть команду и настроение по моему лицу, как делают живые собаки. Просто замерли на расстоянии вытянутой руки, глядя перед собой. Я вытащил передник Юльнис, взятый из лаборатории.
— Ищите, — сказал я. — Задержите. Не убивайте. По возможности — не раньте. Если кто с ней, того можете убить.
Волки умные, после некромантской обработки они способны понимать даже такие сложные команды.
На самом деле злость на Юльнис кипела во мне, и я вовсе не был уверен, что не убью ее самолично, когда найду. Но я все еще допускал, что, быть может, эту дурочку кто-то сильно обманул, наговорил обо мне с три короба чего-то плохого — скажем, убедил, что я сам поджег дом ее отца. Или что-то в этом духе. А это все-таки дохленькие, но смягчающие обстоятельства. Или, может быть, ее запугали?
Однако волкам отдал приказ пощадить ее даже не поэтому. Скорее, мне было жаль своих усилий. Столько возился — а они возьмут и порвут?
Отправив химер, я вернулся немного назад, на лесную тропинку, где привязал лошадь. Это была обычная деревенская лошадка, в лес на эльфийскую территорию я ее никогда с собой не брал и к некрохимерам не приучал, так что волков она бы испугалась. Там я погладил Звездочку-два по шее, вскочил в седло.
Зажег на ладони огонек, чтобы ей было лучше видно. Лошади видят в темноте, но не так хорошо, как те же волки или коты.
— Давай, дорогая. Пошла.
Мы успели выехать на центральную дорогу, которую местные громко называли трактом, — а на самом деле чуть более натоптанную тропу через лес, по которой относительно свободно (летом) могла проехать груженая телега.
И тут ко мне вернулся один из волков. Потыкался в ногу.
— Нашел? — спросил я.
Волк коротко тявкнул.
— Тогда веди.
Я думал, второй волк остался стеречь Юльнис и, возможно, сопровождавших ее алхиимиков. Допустим, они на привал расположились… хотя что-то слишком близко от деревни. Но оказалось, все было проще. Второй волк стерег мертвое тело девушки, которое даже спрятали не очень старательно. Так, оттащили от дороги немного в лес и прикрыли ветками.
Впрочем, в темноте да если у поисковой партии нет времени или лишних людей, наверняка бы не заметили. Пока пахнуть бы не начало. И то, может, лесные звери нашли бы раньше.
При свете собственного огонька я осмотрел девушку.
Ее не раздели и, похоже, не изнасиловали. Просто перерезали горло, подойдя сзади. Чистая, аккуратная рана. Лицо Юльнис казалось спокойным и мирным, будто она в самом деле спала — и выглядела особенно красивой. «Перед допросом придется срастить голосовые связки», — подумал я без особых эмоций.