— Я собираюсь сегодня же полететь в Уральск. Я сам поговорю с ним и сглажу возникшую ситуацию.
— Сгладишь? Каким образом ты сгладишь угрозу смерти его единственного близкого человека?
— Я мягко узнаю у него информацию, а потом отпущу его…
— Поясни, — Император сел в кресло и с интересом взглянул на своего подчиненного. Несмотря на распирающую его злость, он понимал, что перед ним профессионал высочайшего класса. А значит, за его словами есть какой-то план. — Что это нам даст?
— Парнем заинтересовались не только мы.
— Кто? — Александр подобрался, будто могучий лев, готовящийся к прыжку.
— Многие игроки, — Казанцеву понравилась реакция правителя. У него наконец получилось сместить фокус внимания Александра. — Строгановы, Новгородовы, «Волхов»…
С каждым произнесенным словом настроение Александра улучшалось. Прошел год с момента его указа. Котел бурлил, но не взрывался… Аристократы переговаривались, вступали в коалиции, но не делали ничего такого, за что их можно было бы привлечь и хорошенько встряхнуть.
— Ты предлагаешь?
— Наживка, — Казанцев коротко кивнул. — Пока Светлов шел на контакт, он говорил только о двух вещах — об оплате клиники, где лежит его сестра, и своем желании отправиться в зону в четвертый круг.
— Туда, где собрались самые сильные представители кланов и где моя власть присутствует только номинально…
Император поднялся и принялся задумчиво расхаживать по комнате. Казанцев молчал. Наконец Александр остановился и задумчиво выдал:
— А ведь это может сработать… если даже меня распирает жгучее желание выпотрошить парня и узнать его тайны, то что говорить об этих жадных до силы паразитах… они не устоят от соблазна узнать источник его силы. А у меня… у меня появится официальный повод спросить с них за нарушение моего указа.
— Все верно, ваше величество, — Казанцев утвердительно кивнул. — Именно это я и имел в виду.
Еще несколько минут Александр задумчиво молчал, тщательно взвешивая все услышанное. Наконец он решился:
— Хорошо, Максим. Твой план принимается! Но с одним дополнением, — Казанцев молчал, ожидая продолжения. — Ты должен сделать так, чтобы парень понял, что я очень недоволен его отказом от сотрудничества. А еще… еще должен пойти слух, что в отношении парня мы будем смотреть сквозь пальцы на нарушение указа.
— Вы хотите?
— Спровоцировать их, — Александр злобно улыбнулся. — Уж больно осторожными они стали.
— Не будет ли это слишком рискованным для Светлова?
— Знаешь, Максим… — взгляд императора рассеялся, а сам он как будто прислушался к чему-то внутри себя. — Мне кажется, что это пойдет на пользу не только парню, но и империи в целом.
— Понял, ваше величество, — Казанцев кивнул. — Сделаю все, как вы сказали. Я могу идти?
— Иди.
Казанцев был уже около двери, когда император окликнул его:
— Максим.
— Да, ваше величество?
— Девочка, — в глазах Александра появился стальной блеск. — Его сестра не должна пострадать ни при каких раскладах. Это МОЙ тебе приказ.
— Я понял, ваше величество! Ни один волос не упадет с ее головы.
— Теперь свободен, — император осмотрел разрушенный стол, беспорядок на полу и закончил: — и позови кого-то… пусть заменят тут все и приберутся.
Казанцев только молча кивнул и стремительно покинул комнату. Его ждала бессонная ночь и долгий перелет.
Александр прошёл к окну и посмотрел на ночную столицу. Где-то там, за тысячи километров, в провинциальном Уральске сидел в камере парень, который совершил невозможное. Император привык доверять своей интуиции… И сейчас она нашёптывала одно — этот парень ещё не раз заставит говорить о себе.
«Ну что ж», — Александр усмехнулся. — «Поживём — увидим».
Глава 3
Узник
Марк не спал… не спал уже третий день. Смежив веки и прислушиваясь к окружающей обстановке, он сидел на корточках в каменном мешке. Из всех удобств — дыра в полу, для исправления естественных нужд, и крошечное зарешеченное окошко. Ноги затекли так, что почти не чувствовались. Холод камня пробирал до костей.
Все эти дни его не только не кормили, но и воду давали лишь раз в сутки. Но даже не в этом была основная проблема. Наибольшее неудобство ему доставляло постоянное сосущее ощущение в груди. Стены камеры… они были выполнены из какого-то специального сплава — он, словно губка, вытягивал из парня эфир, не давая резерву наполняться. Если бы не его «несокрушимое» тело терранта, о котором тюремщики даже не догадывались, то он свалился бы без сил еще сутки назад.