Тихий стук вырвал Льва Новгородова из воспоминаний… Дождавшись его разрешения, в кабинет бесшумно зашел бледный Тихонов, аккуратно притворив за собой дверь.
— Ну? — нетерпеливо бросил Новгородов.
— Господин, — Тихонов склонился в неглубоком поклоне. — Есть новая информация… и она тревожная.
Новгородов сделал очередной глоток и откинулся в кресле, готовясь выслушать важные новости. Кивком он разрешил продолжать.
— В Уральск прибыл Цербер со своей командой, — Тихонов сделал паузу, давая своим словам дойти до сознания господина. — Мне сообщили, что сейчас он допрашивает Светлова.
Лев Новгородов прикрыл глаза и почти десять минут молчал, обдумывая полученную информацию. Эта новость оказалась тем недостающим пазлом, который помог ему выработать дальнейший план действий.
Открыв глаза, он задумчиво посмотрел на подчиненного и коротко бросил:
— Они отпустят его, — слова были сказаны тоном, не терпящим возражений.
— Но… но почему вы так думаете? — Тихонов все же рискнул спросить.
— Какие указания ты дал своим бойцам?
— При первой же возможности схватить Светлова и доставить к нам.
— Вот поэтому они и отпустят его, — Лев пристально вгляделся в подчиненного, пытаясь понять дошли ли до него его слова или нет. — Отпустят и будут смотреть и ждать. Ждать нашего хода.
— Так что, мы прекращаем его разработку? — теперь-то Тихонов понял мысль своего господина.
— Нет конечно! — Новгородов возмущенно уставился на подчиненного. — Я никому не спущу такого унижения! У меня НЕЛЬЗЯ воровать!
После очередного длительного раздумья он продолжил:
— Но стратегию мы поменяем… Никакого жесткого захвата. Твою люди должны аккуратно спровоцировать его, чтобы он первый начал конфликт. Тогда… тогда мы будем чисты перед законом. Понял?
— Понял, господин!
— Свободен! — но не прошло и секунды, как последовал новый приказ: — Хотя стой!
— Слушаю вас, господин.
— Как там Кирилл? У него есть прогресс? — Тихонов задумался, подбирая ответ, но Лев Новгородов его поторопил. — Отвечай, как есть!
— Прогресс есть, господин. Но… но совсем небольшой. Ваш наследник… он быстро понял, что его опекают, а после… после он запугал своим статусом многих людей в нашей крепости. Теперь он все время проводит за ее стенами, практически не выбираясь в зону, — видя, что глава хочет что-то сказать, он быстро закончил доклад: — но его прогресс идет даже от простого нахождения в зоне! Год-два, и он прорвется на четвертый ранг.
Новгородов едва сдержался от грязных ругательств. Но не пристало главе клана вести себя как портовый грузчик. Сделав несколько глубоких вдохов, он процедил:
— Дай распоряжение, чтобы ему начали выдавать эликсиры прорыва.
— Слушаюсь, господин!
— Теперь иди!
Оставшись один, Лев Новгородов допил виски одним большим глотком и прошептал:
— Боюсь, что у нас не будет этих двух лет…
Пусть и с небольшими отличиями, но аналогичные разговоры проходили в различных защищенных местах. Строгановы, аукционный дом «Волхов» — все они обладали своей могущественной разведкой, и все могли делать выводы.
Никто не был готов отказаться от такой добычи… добычи, сулившей знания о получении могущества.
Но вот охота на нее… охота перешла из разряда загонной в аккуратное выслеживание и скрадывание…
Глава 4
Допрос
НЕНАВИСТЬ!!!
Всепоглощающие ненависть и ярость накатывали на разум Марка волна за волной. Перед его взором вновь предстала картина той ужасной ночи — десятки мертвых, замученных, ни в чем не повинных людей. На их бледных, искаженных гримасой ужаса и страха лицах, навсегда застыл немой вопрос — за что??? Чем мы это заслужили?
А еще он помнил глаза… глаза старухи, наполненные дьявольским экстазом и наслаждением. В них не было ни капли жалости или раскаяния, только наслаждение болью жертвы и властью над ней.
Тогда он дал себе КЛЯТВУ!
Клятву, что уничтожит всех сектантов, которые встретятся на его пути! И он даже начал свою жатву… жатву, перемоловшую множество тварей в человеческом обличии.
Но, к сожалению, он упустил одну из ключевых тварей… о чем после долго жалел.
И вот она перед ним — сидит на стуле и… улыбается!!!
УЛЫБАЕТСЯ ЕМУ!!!
Протяни руку и… и морщинистая шея, словно сухой тростник, хрустнет в стальных тисках его несокрушимых пальцев.
Так чего же он ждал? Почему еще не сделал этого?
Ответ был…
Горький, вызывающий отвращение к самому себе, но от этого не менее правдивый — ОН ВСЕ ЕЩЕ СЛАБ!!!