— Пожалуйста, господин. Меньше никак не могу. Понимаете, у меня внучки. Их нужно учить. Сыновья… — по морщинистой щеке сбежала одинокая слеза. — Они погибли. Погибли из-за меня. Из-за моего любопытства. Не бросайте…
Марк повелительно поднял руку.
Старик замолчал, его глаза потухли. Действительно, чего это он. Кто он этому молодому одаренному?
НИКТО!!!
Совершенно посторонний человек. Он не понимал, почему вообще начал рассказывать о своих проблемах. Его сподвигла на это какая-то внутренняя ВЕРА… вера в то, что парень поймет.
Глупость старого маразматика…
Он уже потянулся к футляру, намереваясь его закрыть, когда увидел, что покупатель скидывает рюкзак. Дальше произошло то, что он мог назвать только одним словом — чудо! Даже видя, как на прилавок ложится пачка за пачкой, он не мог поверить в то, что все происходящее правда!
Марк достал все, что у него было…
Он узнал эту боль… боль, смотрящую из самой глубины души. Он видел похожую в зеркале на протяжении многих месяцев. И тогда… тогда никто не смог или не захотел ему помочь. А он МОЖЕТ и ХОЧЕТ!
— Господин… — несмотря на свое состояние, старик все еще оставался профессионалом своего дела. — Тут больше, чем нужно.
— Оставь себе.
— Нет! Никак нельзя! — теперь глаза старика полыхали возмущением. — Если Мозель назвал цену, его слово тверже этих бриллиантов, — он махнул рукой в сторону лежащих камней. — Я благодарен вам за помощь, но подачки мне не нужны.
— Остальное за рассказ.
— Рассказ? — старик явно недоумевал. — Рассказ о чем?
— Что это такое? — Марк указал на предмет, который привлек его внимание, стоило ему только войти в лавку — на стене, на отдельной полке, лежал пористый булыжник. Его вид никак не вписывался в помещение.
Старик проследил за его взглядом и замер… он сгорбился еще сильнее и судорожно выдохнул. И будто сама жизнь покидала его с выходящим воздухом.
— Это… это мое проклятье, господин, — подойдя к полке он с заметным трудом снял камень и опустил на прилавок. — Проклятье моего любопытства. И напоминание. Напоминание о том, что оно погубило моих сыновей.
Старик смотрел на камень со странной смесью ненависти и любви. Собравшись с силами, он начал свою исповедь. Исповедь, в каждом слове которой, чувствовалась боль и сожаление.
История была достойна этого паршивого мира — самого хозяина лавки природа обделила магическим талантом — к старости он едва достиг третьего ранга эфирника. Зато она щедро одарила его невероятным талантом ювелира.
Казалось, в чем проблема, ведь были люди, рождающиеся совсем без дара? А проблема была в том, что он, как и многие в этом мире, грезил… грезил желанием исследовать зону, разгадать ее тайны. Перед глазами Марка встал образ веснушчатого баламута Лехи, и он с трудом проглотил образовавшийся ком в горле.
Но Януш, так звали старика, был умным и послушным ребенком, рожденным умными родителями. Поэтому нет ничего удивительного в том, что он прислушался к голосу разума. Спустя несколько лет, его талант принес ему закономерную славу и почет. А мечты… мечты о покорении зоны были напрочь забыты.
Годы шли… Одним прекрасным днем в замечательной семье Мозелей случилось счастье — она пополнилась двумя крепкими близнецами, Давидом и Даниэлем.
Время летело незаметно, и вот настал период проверки дара…
Тогда-то Януш и испытал шок! Оба парня были дуальными эфирниками и оба обладали невероятным потенциалом! Вместе они могли заменить полноценную команду.
Тогда-то в его голове и зародился ПЛАН!
Если он не смог покорить зону, то возможно его дети смогут осуществить его мечту?
Дальше были кредиты… переезд в Химград… годы становления и отдыха. За это время сыновья успели обзавестись семьями, дожидающимися их в столице.
Марк не перебивал — он с искренним интересом слушал рассказ. Он видел, что, несмотря на боль, разрывающую душу, несмотря на текущие слезы, — старику становился легче! Выговариваясь, он будто бы прощался с прошлым.
Наконец старик подошёл к событиям, случившимся чуть больше десяти лет назад. Его сыновья к этому времени достигли пятого ранга и по праву считались сильнейшими одаренными. Тогда-то их и пригласили в экспедицию к центру аномалии…
— Я… это я виноват, — старик шептал, не замечая текущих слез. — Старый дурак! Нет бы отговорить их. Наоборот! Я заставил их согласиться на этот поход! Ведь так хотелось узнать, что там… в центре…
— А что было дальше? — Марк решил прервать затянувшуюся паузу.