Они начали с Химграда как двое незнакомых людей с договорённостями, но без доверия. Она не знала его. Он не знал её. Клятва была произнесена, но клятва — это просто обозначенная граница, за которую не заходят.
Но доверие появилось. Медленно — как появляется все, что стоит чего-то большего, чем можно купить за деньги.
Алиса…
Чтобы привыкнуть к ней, потребовалось — время…
Нет, во время похода и в сражениях к ней не было никаких вопросов и претензий. Она показала себя отличным товарищем и бойцом — молчаливым, собранным, профессионально двигающимся по аномалии. Без возражений выполняла все его приказы.
А вот по вечерам… по вечерам она разговаривала. И задавала вопросы. Не о его секретах, нет. Она расспрашивала о зоне, о тварях, о его хобби и интересах.
Поначалу это сильно раздражало — Марк привык к тишине, будучи одиночкой. Да и в команде Молота он больше слушал других, односложно отвечая на вопросы.
Вначале он отвечал коротко и неохотно. Потом немного длиннее. Потом заметил, что сам задает вопросы и с интересом слушает девушку — это было необычно и неожиданно для него.
Был, правда, один момент, который чуть не сломал всё и не развел их пути. Это случилось в начале третьего круга, под конец первой недели путешествия.
Алиса попросила зайти в форт — привести себя в порядок, нормально помыться, отдохнуть. Он отказал. Жёстко — может быть, жёстче, чем нужно. Воспользовался правом командира, напомнил о договорённостях и ее согласии с ними. Тогда у девушки случилась истерика. Обозвав его бесчувственным мужланом, она подчинилась, но молчала весь день и вечер.
Но утром… утром она подошла сама и произнесла без предисловий:
— Я была не права. Это больше не повториться. Никогда. Даю слово.
Марк долго смотрел ей в глаза.
— Хорошо, — сказал он и после короткой паузы продолжил. — Делаем разминку, завтракаем и выдвигаемся.
Разминка…
Одно из двух ключевых событий, о которых нужно упомянуть отдельно. Ведь именно они помогли ему гораздо лучше узнать девушку. Узнать и понять ее мотивы. И что интересно — инициатором обоих был он.
Первое произошло на следующее же утро после столкновения с сектантами…
Как бы Алиса ни храбрилась, но проделанный за день путь плюс эмоциональные переживания сильно вымотали ее. Проснулась она только тогда, когда по поляне разнесся дурманящий запах готовящегося мясного кулеша.
— Чем это так вкусно пахнет? — заспанное лицо выглянуло из спальника в тот момент, когда Марк посыпал похлебку смесью трав. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, и не планируешь нас отравить?
— Скоро узнаем, — ответил Марк, помешивая варево.
— Хотя, — девушка втянула носом воздух, — с таким запахом, я готовя съесть даже яд.
— Завтракать будем через пол часа, — он указал головой в сторону ручья. — Пока можешь привести себя в порядок.
Не отвечая, Алиса направилась к ручью, прихватив полотенце из рюкзака. Марк проводил ее коротким взглядом и вернулся к приготовлению похлебки.
Стоит признать, что он стал получать от готовки истинное удовольствие. Молот дал понять — любое дело можно превратить в искусство, достигнув в нем мастерства. Конечно, до навыков бывшего командира ему было еще далеко, но время, проведенное вместе, не прошло даром. Марк учился. И то, что получалось, — ему нравилось!
Засыпав крупу и долив воды, он в последний раз помешал похлебку и, накрыв котелок крышкой, убрал лишние дрова. Теперь — ждать.
Но Марк не привык тратить время впустую. Встав в центр поляны, он приступил к разминке… разминке Древних. Медленные, точные движения из памяти Кайрона: не бой, не растяжка, что-то совершенно иное.
Философия…
Плавный перенос веса, руки движутся по дуге, корпус следом — всё в едином потоке, без рывков, без остановок. Погрузившись в себя и не замечая ничего вокруг, он отдался процессу с головой.
Спустя пятнадцать минут Марк замер и, не открывая глаз, прислушался к себе. Он чувствовал невероятную лёгкость — и тело, и сознание, и энергетика — все находилось в идеальном состоянии!
Открыв глаза, он увидел девушку…
— Что это такое? — возбужденно спросила Алиса. — Я никогда не видела такого стиля. Это что-то восточное, или… — она осеклась, поняв, что снова нарушает их договоренность. Опустила плечи, развернулась и начала уходить.
Марк и потом… в будущем… так и не сможет ответить себе, — что заставило его произнести:
— Хочешь — научу.
Алиса обернулась. В глазах — неверие.
— Что?
Марк смотрел на неё. Спокойно. Без насмешки.
— Это отличная практика для восстановления сил — поможет в пути, —сказал он. — И ещё… — он замолчал, явно пытаясь подобрать слова, — ещё много для чего. Мне проще показать, чем объяснить. Если хочешь, конечно, — добавил он, будто спохватился. — Можем просто поесть.