— Тихо. Дыши. Сейчас пройдет, — в его глазах мелькнули красные огоньки, которые напугали меня еще больше. Он зачем-то коснулся моей щеки. Улыбнулся. — Тихо. Не надо бояться.
Он отпустил меня. Включил свет. Я уже могла свободна дышать. Страх исчез, но вместо него образовалась пустота, которая была неприятной.
— Давай-ка посмотрим. Руки вроде целы, — разглядывая мои ладони и пальцы, сказал он. — А что с ногами?
Подтолкнув меня к широкой деревянной лавке, он велел сесть. Потом наклонился, чтоб снять ботинки и носки. Прищелкнул языком.
— Ничего страшного не вижу. Еще спасти удастся, — сказал он, отходя к полке, где стояли баночки с мазями. — Тебя как зовут?
— Ева.
— Меня Артем. Тебе повезло Ева. Еще немного и без пальцев бы осталась, — сказал он, открывая банку с мазью. — Сейчас будет щипать. Но к завтрашнему утру заживет.
— Я сама...
— Обойдешься, — хмыкнул он, проводя пальцами по ноге. И опять вместо споров, я успокоилась, позволяя ему делать, что он хотел. — Так чего ты тут забыла?
— Работа нужна, — ответила я, хватаясь за края лавки. Боль была дикой.
— Могу сейчас снять боль, но мне нужно твое разрешение, — с улыбкой сказал он, выпуская клыки.
— Нет!
— Так чего мучиться? Я тебя сейчас хорошо обезболю.
— Ты специально?
— Так мазь действует. Я не причем, — ответил он, продолжая гладить ногу в районе икры. При этом улыбался. Боль только нарастала. Мне казалось, что ногу режут по живому. Выступил холодный пот. — Мне нужно только разрешение.
Усталость. Я несколько дней не ела. Еще эта поездка. Переживание и страхи. Наверное в какой-то момент все это меня просто сломало.
— Хорошо.
— Скажи, что мне разрешаешь.
— Разрешаю тебе. Кусай.
— Сейчас будет легче, — пообещал он, закатывая рукав моей куртки. — Не закрывай глаза. Смотри на меня.
Его глаза засветились красноватым огнем. Боль. Она никуда не делась, но вот глаза перебили все другие ощущения. Он медленно приблизил лицо к моему запястью. Коснулся губами. Удар сердца. Влажный след языка скользнул по вене. Легкая боль. Голова закружилась. Боль начала отступать, но ее место заняло другое чувство. Оно было более глубокое, тяжелое, сложно поддающиеся описанию. Я видела, как у монстра начинали меняться зрачки. Чувствовала его удовлетворение. Удар сердца. Все вокруг поплыло. Я просто провалилась в темноту, из которой казалось не было выхода.
Жутко болела голова. Усталость. Она была такой сильной, что я с трудом открыла глаза. Комната. Потолок. По нему скользит кружок света. Я смотрела на него и не понимала, почему круг от светильника кружится. Или это у меня так голова кружилась?
— Проснулась? — вкрадчивый голос раздался рядом с моим ухом. Я повернула голову на голос.
Рядом со мной, подперев голову, лежал парень. Светлые волосы. Наглая улыбка. Зеленые глаза, в которых то мелькали красные огоньки, то пропадали. При этом его лицо то приближалось, то отдалялось. Все-таки у меня кружилась голова.
— Кто вы? — спросила я.
— Так мы же с тобой уже познакомились. Забыла? Меня Артемом зовут.
— Где мои дети? — я попыталась подняться, но тут же упала в кровать.
— На кухне.
— Что? — Я заставила себя подняться. Получалось, пока я тут лежала, то детей на кухне ели. — Не надо было сюда приезжать. Не надо.
— Ты чего ревешь? — спросил Артем.
— Дети, — ответила я, чуть не падая на пол при попытки встать.
— Едят кашу или суп, — ответил он. — Чего нервничаешь? Никто их не обидит.
Привстал, чтоб уложить меня назад в кровать. Зачем-то провел пальцами по моей щеке. Паника отступила.
— Ты меня укусил.
— Но не съел же, — ответил он. — Лежи пока. Я поесть принесу.
Он ушел. Я же осталась одна в комнате. Попыталась сесть. Удалось это лишь с третей попытки. Большая комната. Двухместная кровать. На мне ночнушка. И как я тут оказалась? Мы приехали в замок. И потом меня тут укусили.
Запихнув пальцы в рот, я провела ими по зубам. Нет. Клыков у меня не было. Но это еще ничего и ни о чем не говорило. За этим занятием меня и застал Артем.
— Чего делаешь? Зубы ищешь?
— Да.
— Просто так они не появляются, — сказал Артем, принося с собой большую глубокую тарелку.
— А как? — спросила я.