— А я уже думал к тебе присоединиться, — сказал он. — Вот куда ты все торопишься?
— Пошел бы ты далеко в лес и не вернулся.
— Тебе без меня будет скучно. К тому же я тебе ножки спас. А ты такая неблагодарная...
Он подхватил меня на руки. Понес к кровати.
— Я не просила.
— Не просила, но ведь результат понравился.
— Мне плохо.
— Сама себя загнала. Не умеешь себя беречь, вот и вынуждена теперь подушку головой мять, — сказал он. Положил мня вновь в кровать. Укрыл одеялом.
— У меня дом твари уничтожили. Пытались до нас добраться. А мы в подполе прятались.
— Они вас именно из подпола вытаскивали? — уточнил Артем, отходя в сторону, чтоб снять рубашку.
— Да.
— Умные твари, — прищелкнул языком. — Ты пить будешь?
— Буду.
Теперь рядом с кувшином стояла лапа, которую он накрыл перевернутым стаканом. Взяв второй стакан, Артем плеснул воды. Принес мне. Пока я пила, он взял меня за укушенное запястье, на котором яркими отметинами горели две дырочки с запекшейся кровью и здоровый такой синяк. Провел по нему пальцем.
— Больно.
— Пройдет, — ответил он. — Никогда не задумывалась, что за все хорошее надо всегда платить?
Я не ответила. Он же пошел относить стакан. После этого снял всю одежду и выключил свет.
— Вот ты пришла за защитой, крышей и едой. Ты ее получила, а еще вместе с ней меня. Так получилось, — забираясь под одеяло сказал он.
— Ты тут будешь спать?
— А где еще? Это же моя кровать, — прижимаясь ко мне, сказал он. Перехватил мои руки. — Хватит со мной драться и отпихивать меня.
— А ты не обнимайся.
— Не требуй слишком много, — прошептал он, целуя где-то в район шее. Я испуганно замерла. — Не бойся. Я просто так. От тебя приятно пахнет.
— Я просто искала работу. Сейчас в городе много тех, кто приходит с хуторов. И работы в городе мало.
— У нас тут скучно. Женщин мало, — сказал он, задирая ночную рубашку и запуская под нее руку, чтоб положить ее на живот. — Я уже соскучился по женскому обществу. До тебя с одной девкой связался. Так она хотела нашего главу уничтожить. Печально, но из-за этого пришлось с ней расстаться. Ты ведь не хочешь никому клыки подтесать?
— Я всего лишь хотела найти работу, — прошептала я.
— Да пристроим тебя куда-нибудь. Знаешь, мне кажется, что у нас с тобой может что-то интересное получится. Может так даже будет лучше для всех: и для тебя и для меня, — зевая, сказал Артем. Я слышала, как он ровно задышал, явно засыпая. Сама же боялась пошевелиться. А в голове при этом мучил один вопрос: и что теперь делать?
Я просыпалась несколько раз. Все прислушивалась, ожидая нападения, а потом вновь засыпала. Тишина. В последний раз ночью была лет десять назад. Или лет пятнадцать. До нашествия тварей по стране было нашествие лихого люда, которые нападали по ночам. И я помнила шесть таких нападений, во время которых приходилось прятаться в подпол. Но тут была тишина. И эта тишина, как привлекала, так и настораживала, как что-то чуждое и дикое, но при этом спать мне это не мешало, как и Артем, который тихо спал рядом.
Где-то под утро я уснула довольно крепко. Наверное я все же решила, что тут безопасно и даже начала видеть какой-то сон, когда услышала неприятный скрежет. Я его как услышала, так и забыла, подумав, что так скрипит телега, на которой я куда-то ехала во сне. По лицу ударила ветка. Вторая ветка. Впереди была еще одна ветка, от которой я попыталась уклониться, но она все равно ударила меня по лицу. А впереди была еще одна ветка, которую я уже хотела поймать около лица, но она не только царапнула щеку, но и чуть глаз не выколола. Я еле успела ее поймать перед глазом и тут же проснулась.
В моей руке была лапа твари. Она сжималась и разжималась рядом с моим лицом. Я смотрела на эту лапу, пытаясь закричать, но голоса не было. Мне удавалось лишь открывать и закрывать рот, при этом я продолжала держать ее, боясь отпустить, потому что она бы упала прямо на лицо. Отодвинуть руку я не могла. Мозг понимал, что мне надо ее выкинуть в сторону, но меня прям парализовало.
Я вспомнила Ташу, которая падала в обморок при любой страшной ситуации. Раньше меня ее особенность раздражало, а теперь я ей завидовала.
— Убери эту дрянь, — проскрипела я. Голос с трудом слушался. Я невольно подумала, что может мне это все сниться? Такое бывает при кошмаре, когда вроде хочется прокричать, но не получается и от этого становится еще страшнее.
— Какую? — сонно спросил Артем.
— Свою.
— Это не дрянь. У меня женщины давно не было, — лениво ответил он.
— Лапа.
— Да не строй из себя скромницу, — жмякая мою грудь. От неожиданности я отмерла и кинула ему эту лапу в лицо. Артем от меня отстал. Взял лапу.
— И чего это такое? — спросил он, поднимая лапу за палец. — Ты зачем ее в кровать принесла?