Вася закрыл неуверенно книгу и пошел в класс Географии. Ему было как-то совестно, что внутри него сейчас такая легкость и светлость, что море ему по колено.
Когда он закрывал дверь Юля заметила эту перемену в нем. Его глаза так и светились радостью изнутри. И когда она смотрела на него миг, не больше, он вдруг ещё и улыбнулся украдкой. И эта улыбка оказалась видна только Юле.
Но секунда кончилась, Вася сел на свое место, выложил на парту учебник, атлас, тетрадь и прочее.
С той самой математики Юлю сильно заинтересовал новенький, на которого она не обращала внимания и даже порой имя забывала. Он стал для неё как бы предметом детально изучения. Вот и сейчас она старалась рассмотреть его вещи. Вещи много могут сказать об их хозяевах. Но большинство об этом не задумывается, как и не подозревает, что их можно прочитать как книгу при должном подходе. Юля не владела этим подходом, но все ровно делала выводы рассматривая то, как и что делает человек, во что одевается, как обращается со своими вещами, какие слова использует и как себя ведет. И все же Юля была дилетантом.
На первый взгляд в Васе не выделялось ничего особого. Одевался он по простому. Костюмов не носил, ходил в джинсах, свитерах, футболках, ходил в кедах. Одежда у него была чистая и без дыр, хотя, кажется, немного застиранная. В общем, о своем внешнем виде не особо заботился. Портфель носил неприметный без особых знаков отличия, которые девушки любят вещать на замки и прикреплять что-нибудь на булавках. Книги у него были далеко не в порядке. Учебник был заклеен скотчем, особого внимания стоит корешок, который кажется оторвали совсем, но некто решил присандалить его на место скотчем. А атлас был новёхонький. На столе Васи лежали помимо учебника и атласа две тетради, дневник и пенал. Тетради были разные по назначению, отметила про себя Юля. Такой вывод она сделала из того, что одна была обычная предметная тетрадь старшеклассника, выглядела она недавно начатой. А вот другая, имела противоположный вид. Она была не меньше 96 листов, с побелевшим корешком, мятой обложкой и истрепавшимися углами. Видимо, ею уже очень давно пользуются и относятся к ней по особому. Пенал был уже не новый, но и не очень старый. Что в пенале Юля не видела. И дневник, простенький в мягком переплете.
И теперь она сидела и анализировала по только ей известным критериям то, что увидела.
Вася сидел над книгой, но все же посматривал в сторону и от него не укрылся её долгий задумчивый взгляд. Что он означал для него было загадкой, к которой, ключ найдется в свое время. У Васи была своя философия на этот счет. Он редко что-либо когда-либо искал, потому что всегда находил именно тогда, когда надо... Когда надо чтобы что-то потерялось решалось где-то на верху, в космосе, и так же там же решалось что и когда должно найтись.
Но прозвенел звонок, который прервал размышления обоих.
На уроке географии все внимание Юли было поглощено учителем, который рассказывал про Азию. Это тоже ещё раньше было подмечено Васей. Всякий раз, когда местный географ начинал рассказывать лекцию Юлю как будто выключали из реальности — она отправлялась путешествовать по далекому континенту... И во время уроков географии она абсолютно не замечала и не вспоминала о существовании Василия Тростина. По крайней мере ему так казалось.
Юле действительно было интересно слушать Владимира Григорьевича, но ни в какие путешествия она не отправлялась ни физически, ни мысленно.
Учебный понедельник подходил к концу. География была последним уроком. И когда прозвенел звонок Юле не терпелось выйти в дверь. И когда все тетради и книги были уложены как надо она шустро зашагала во второй корпус.
Вася все это видел и не теряя времени устремился за ней на расстоянии.