- Да. Я видела его. – молвила Кассандра, протягивая виноград Прометею, - Он пожелал всего хорошего нашей семье и молодоженам. Видимо обижен был чем-то.
- Ты просто не знаешь его, Саша. Этот парень довольно специфичен и эксцентричен. Вечно что-то вытворяет без особой цели. Его жизнь – сплошные развлечения, но это уж дело не наше. – юноша сделал вновь глоток вина белого, огляделся, приметив красивейшую деву, - Кто это? – обратился он к Александре.
Девушка огляделась, а после посмотрела на друга, - О ком ты?
Дело было в том, что Прометей глядел в пустоту. Там был лишь одиноко стоящий прекрасный фонтан, бьющий вверх водой. – Показалось… - изрек юнец, пройдя к толпе, стоящей подле молодоженов, - Пошли, Саша, скоро начинается пиршество.
Праздник был уже в самом разгаре. Прометей веселился, как в последний раз. Он отдыхал душой и сердцем, да и головой тоже. Алкоголь сильно ударил в голову, так что и думать о чем-то плохом совсем не хотелось. В голове было лишь безумие и счастье. Счастье за свою семью, за свою сестру Софу.
Но всё хорошее, как это бывает, подходит к концу. – Заря, подойди к отцу. Он хочет тебя видеть. – обратился мужчина, проходя мимо Прометея.
- Что случилось? – спросил юноша.
- Не знаю. Иди, сам спросишь. Тем более сколько вы уже не говорили с ним? Ты скоро и забудешь, как он выглядит. – ответил высокий кареглазый блондин, взяв со стола фужер шампанского.
Прометей подбежал к молодоженам. – Софа, вы езжайте, я скоро подъеду. – сказал Прометей, хватаясь за руки девушке в белом свадебном платье.
- Да, конечно, я всё слышала. Приезжай с отцом. Будем ждать вас! – девушка прошла с мужем к кабриолету, а дальше, через минут десять, все машины испарились, а на поместье опустилась тьма. Только лишь фонарные столбы, освещающие тропинки, святили. Святили таким теплым желтым цветом, что освещает эту тьму. Гробовую тьму. Всё здесь напоминает гроб. Даже эта кладбищенская тишина. Только слышно, как вдалеке лают собаки.
Вот и кабинет отца. Черный кабинет, как табакерка. Дверь громадная, словно врата неимоверных размеров, за которыми сидит он. Отец, ожидающий сынка. Между отцом и сыном должен был произойти серьезный разговор.
- Сын мой, здравствуй. Я очень рад, что ты наконец посетил своего отца визитом. Давно мы с тобой не виделись.
- Здравствуй, папа. – он склонил голову, поцеловав руку отца, - Как твоё здоровье?
- Всё хорошо, сынок. Спасибо, что спросил. - мужчина, лет пятидесяти, поднялся из кожаного кресла, опираясь на черную трость, - Я хотел видеть тебя, чтобы побеседовать насчет твоего друга, Курата.
- Что с ним? - спросил удивлённо Прометей.
- Твой друг... Кхм... Знаешь, сынок, мне стало интересно, ты веришь в Бога?
- Я?.. - робко уточнил юнец, - Нет, отец, не верю.
- А если я скажу, что он есть? Как есть и сам сатана?
Прометей непонимающим взором оглядел облик отца. Отец глядел в окно, смотрел на счастливую дочь, провожая её взглядом. - Как это? Откуда же тебе знать?!
- Я многое знаю, сын мой. А твой друг знает не меньше моего. Он рассказывал тебе что-то про свою семью?
- Нет.
- Сколько лет вы уже общаетесь? Не отвечай, я сам скажу. - он повернулся в парню, посмотрел на него голубыми глазами, сказав: - Пятнадцать лет. Когда только ты родился, он появился в нашей семье. Его интересовал ты, Заря. - так в семье было принято называть Прометея, - Тогда юнцу было всего-то 12 лет, но его ум, его мышление... Нет, он был словно старик и мудрец в свежей коже, в коже младенца! И он тянулся к тебе. И когда ты подрос, Курат стал тебе братом. Все сестры отошли для тебя на задний план. Был только он. Ты проводил с ним столько времени... Не счесть!
- Что ты хочешь сказать?
- Он не человек, Прометей. - мужчина прошел к письменному столу, уселся за кресло, откинувшись на спинку, - У него нет родителей. И я не знаю, где он жил всё своё детство.
- Ты хочешь сказать, что мой лучший друг – никакой не человек?! Но кто же?!
- Успокойся, сынок. Не предстало тебе так говорить с отцом. - он налил в фужер красного вина, протянул Прометею. - Твой брат, мой второй сын, всегда рыдает, как только видит Курата.
Прометей тяжко затянул воздуха в легкие, прорывая пленку тьмы в своей гортани. – Зачем ты спросил, верю ли я в Бога?
- Не знаю. Просто хотел знать. - мужчина улыбнулся, - Ты можешь идти, Заря. Но будь осторожнее со своим “другом”, - оскорбительно промолвил отец. – Я не знаю, кто он такой, что ему нужно в нашем доме. Хотя нет, я знаю, ему нужен ты.
Прометей презрительно оглядел отца, развернулся, чтобы покинуть кабинет, набитый дорогой мебелью, набитый красивыми вещами, от которых так несло эстетикой неземной, что становилось противно, что хотел выплюнуть всю желчь изо рта. Вдруг, когда Прометей отворял тяжелую дверь, отец сказал: - Не смей больше на меня так смотреть, сын. Тебе не дано такого права, как любому другому.