- Будет больно.
И плеснул на рану.
Оборотень дёрнулся, но Верфэй, крепко удерживая за плечо, поднёс к ране сложенные лодочкой пальцы и сосредоточенно заговорил ритмичным неслышным шёпотом. Жгучая ломота сменилась онемением, а затем блаженной прохладой. Покраснение на глазах спадало, края плоти неохотно шевельнулись навстречу друг другу. К вечеру затянется, а к утру сойдёт и багрово-синяя отметина.
- Спасибо. Ты маг?
- Нет, я не маг, - спокойно ответил Верфэй. – Максимум – наговоры и заговоры, что при желании всякий может.
- И что дальше?
- Пойдём на хутор, хочу глянуть.
Смиренный брат ожидал, что охотник примется спорить или задавать вопросы, но Ян покладисто встал и надел рубаху. Всю дорогу парень молчал, погрузившись в собственные мысли. Верфэй ему не мешал, занимаясь тем же.
Хутор показался из-за пригорка внезапно, будто выпрыгнув гостям навстречу. Когда-то это было большое добротное хозяйство с садом и огородом. Сейчас лесок почти поглотил человеческие постройки. Монах остановился, разглядывая открывшийся вид. Охотник прислонился к стволу почтенной яблони и лениво стряхнул с волос упавший сверху листик.
- Да никого там нет. Если верить местным, этот хутор уже лет двадцать пустует. Я лично обнюхал здесь каждый угол и…
Парень осёкся на полуслове. Чуткое ухо оборотня уловило донёсшийся из разваленного дома стон, а приглушенный вскрик услышали оба. Ян вихрем домчался до избы, пинком распахнул дверь. Секунду спустя оттуда раздался истошный вопль, рычание, звон чего-то бьющегося и жуткий грохот. Из-за угла поднялось облако трухлявой пыли, за домом захрустел валежник.
Когда монах запоздало ворвался внутрь, всё уже завершилось.
Охотник поднял ладонь, показывая, что на помощь можно не спешить. Он был жив, всклочен и недоволен. На припухшей скуле расцветал высшей пробы синяк, со щеки на шею тянулись несколько глубоких царапин.
- Это волкодлак тебя так? – изумился Верфэй.
- Нет, - уныло отозвался Ян. – Труженики полей, мирные и беззащитные. Какая-то блудливая парочка. Напомни, вообще, чего мы сюда полезли?
- Благое праведное дело. И сорок арсов.
- Ах да, точно.
Верфэй осмотрелся, выразительно ухмыляясь поднял с пола нечто тонкое, с игривой ажурной вышивкой, и беззастенчиво рассмотрел.
- Умеешь ты моменты выбирать.
Ян не удержался и тоже фыркнул.
- Ладно. Пойдём, остальные дома осмотришь, или что там у тебя согласно плану.
В ответ храмовник лукаво прищурился и вынул из-за ворота кулон на цепочке. Тонкая оправа охватывала верх прозрачного гранёного камня. Вернее, обломок кристалла размером с небольшой жёлудь. Внутри мягко опалесцировали радужные нити.
- Это же…
- "Слеза богини", да.
"Слеза богини" была редкой и дорогой вещицей со множеством полезных свойств, одно из которых – предупреждать о злых чарах и нежити. При приближении к ним кристалл начинал ощутимо теплеть, прожилки внутри вспыхивали оттенками фиолетового.
Напарники планомерно осмотрели подворье, но уже скорее для проформы. Камень оставался светлым и холодным, подтверждая то, о чём говорил Ян – на хуторе чисто. Конечно, существовали способы не только сбить со следа, но и вовсе обмануть двуипостасного, однако Верфэй сомневался, что в этой глуши внезапно случился столь талантливый самородок от запретной магии. Скорее, где-то неподалёку есть другое подходящее местечко для ворожбы.
Монах достал из сумки второй обломок кристалла в самодельной кожаной оплётке и протянул Яну.
- Ты серьёзно?
- Бери уже. Не думаю, что ты его случайно замылишь.
Любопытный оборотень так и эдак рассмотрел диковину из сказок. Разве что на зуб не попробовал.
- А почему на меня не срабатывает?
- А почему должно? Ты же не людоед.
- Хм…
- У этой штуки довольно большой радиус действия. Поэтому мы несколько часов отдохнём, а ночью пройдёмся по деревне.
- Я тут подумал… Если ему голову отсечь, а потом сжечь? Без головы ни одно существо не живёт.
Верфэй тяжко вздохнул.
- Хочешь присоединиться к тем пятерым?
- Четырём с половиной, - педантично поправил Ян.
- Тем более.
- Понял, уяснил, не хочу.
- Без головы у нас половина населения живёт… Не в прямом смысле, разве что…
***
С наступлением ночи село быстро опустело. Работать приманкой никто не восхотел. Полная луна, налитая мёдом, всё выше поднималась над деревьями. Пели цикады, ветерок доносил запах лугового разнотравья.
Двое мужчин взирали с холма на разбросанные по равнине домики в окружении садов и огородов. Оборотень выглядел воодушевлённым. Монах выглядел как человек, которому поручили вскопать огород ложкой.