— Садись — сказала я. — Поговорим.
Он сел, немного опустив плечи, а я присела рядом. Солнечный свет падал на нас, но внутри у меня было странное напряжение.
— Как ты выбрался оттуда? — начала я тихо, вспоминать эти события тяжело — Что вообще произошло? Извини, я не успела… и совсем забыла передать Луке твои слова.
Леон слегка улыбнулся:
— Ничего страшного — сказал он спокойно — Я понимаю.
Он кратко рассказал, что произошло, не вдаваясь в детали, но достаточно, чтобы я почувствовала облегчение: все закончилось, никто важный не пострадал. Мы сидели рядом, разговор тек спокойно, словно солнце и воздух могли хоть немного растворить весь хаос последних дней. Я начала расслабляться. Внезапно появился Лука. Он возник резко, как буря, схватил Леона за ворот больничной рубашки и закричал:
— Какого хрена ты разговариваешь с моей женщиной? Я тебе разрешал?
Я вскакиваю, сердце колотится. Злость поднимается мгновенно:
— Немедленно отпусти его! — кричу я — И не смей управлять мной! Я не вещь, и я сама выбираю, с кем мне общаться!
Лука на мгновение замер, словно не ожидал такой реакции, а Леон остался стоять спокойно. Слова с силой пронеслись внутри: это моя жизнь, мои решения. Меня словно накрыло. Паническая атака захватила тело полностью: дыхание стало резким, сердце колотилось, руки дрожали. Воспоминания прошлого всплыли перед глазами, как фильмы, которые я не хотела смотреть: темнота, чужие голоса, указывающие, как мне вставать, что делать, странные запахи, тяжелая, давящая тьма вокруг. Я попыталась кричать, но звук застревал в горле, легкие жгли, глаза слезились. Мир вокруг растворился, осталась только боль и страх. Я почувствовала на себе руки. Сначала легкое прикосновение, а потом теплое, уверенное обхватывание моего лица. Лука наклонился ко мне, его взгляд был полон сосредоточенной заботы.
— Я с тобой — тихо сказал он.
Его слова будто прорезали тьму. Сердце все еще бешено колотилось, но я почувствовала, как страх начинает немного отступать. Он осторожно, но уверенно поднял меня на руки, держал так, будто больше никто и ничто не могло причинить мне вред. Я прижалась к нему, опираясь о его плечо.
— Дыши со мной — сказал он — Все будет хорошо.
Он шагнул по коридору обратно в палату. Каждый его шаг был как поддержка, как обещание безопасности. Я почувствовала, как его руки крепко, но нежно держат меня, как будто готовы не отпускать никогда.
Когда мы вошли в палату, Лука аккуратно усадил меня на кровать, продолжая держать руки на моих плечах и спине.
— Ты в безопасности, Киара — шептал он — Дыши… медленно… вдох...выдох.
Я закрыла глаза и позволила себе почувствовать облегчение, хотя дыхание все еще было неровным. Но Луки рядом хватало, чтобы тьма постепенно отступала, и мне становилось легче.
⸻
Я проснулась от резких, громких голосов. Кто-то ворвался в палату, сметая тишину. Дверь распахнулась, и внутрь быстрым шагом вошел взрослый мужчина — высокий, широкоплечий.
— Где она?
За ним тут же влетел сам Лука, резкий, взвинченный:
— Она спит! — рявкнул он — Не смей ее будить!
Мужчина обернулся к нему с таким взглядом, что можно было почувствовать, как напряжение между ними вспыхивает, как огонь от искры. Я быстро прикрыла глаза, притворившись спящей. Они что-то еще бросили друг другу, потом вышли — громко, резко, словно два хищника, которые едва не сцепились. Секунда. Другая. Тишина. Я осторожно поднялась, подошла к двери и приоткрыла ее ровно настолько, чтобы слышать. Голоса звучали с коридора, напряженные, жесткие.
— Что ты к ней чувствуешь? — резко спросил мужчина — Говори честно. Я не понимаю, что в ней такого, что ты готов бросить все свои дела. Ты стал слабее, Лука. Чувства сделали тебя мягким.
Раздался сдержанный удар — будто Лука ударил кулаком в стену, сдерживая себя.
— Ты ни черта не понимаешь — выдохнул он.
— Тогда объясни — жестко бросил мужчина — Объясни мне, почему ты готов рисковать всем. Почему ты бросил работу, банду, обязанности. Почему ты носишься с ней, как будто она центр твоей вселенной.
Пауза. Тяжелая. Глубокая. И затем голос Луки, низкий, срывистый, но твердый, как сталь:
— Потому что она и есть моя вселенная.
У меня перехватило дыхание.
— Я люблю ее — сказал он. Без колебаний — Понимаешь? Она…
Он сделал шаг, в голосе появилась боль, которую я никогда от него не слышала.