Я едва заметно улыбнулся ей — так, чтобы она увидела спокойствие, даже если оно было не до конца настоящим.
— Осмотрись, сделай себе чай, включи музыку, если хочешь. Почувствуй дом. Я правда скоро вернусь.
Я наклонился и быстро коснулся губами ее лба — коротко, но достаточно, чтобы она почувствовала: я не ухожу, я всегда возвращаюсь. Потом развернулся и вышел, закрыв дверь мягко, почти бесшумно. И только когда оказался на лестнице, позволил себе выдохнуть — резко и глубоко. Потому что оставлять ее одну, даже на минуту, оказалось куда сложнее, чем я думал. Дверь за мной едва успела закрыться, как телефон снова завибрировал. На экране — отец. Звонок, который нельзя игнорировать, даже если внутри все против.
Я ответил.
— Я слушаю.
Его голос был ровным, спокойным, а мне от этого только сильнее сжимало грудь. За эту неделю он сделал слишком много. Слишком тихо. Слишком эффективно.
— Леон под контролем, — сказал он без вступлений. — Парень полезный. Голова на месте. Теперь он работает на тебя. Я оформил все, как ты просил.
Я кивнул, хотя он этого не видел.
— Хорошо.
— И второе, — продолжил он. — Чужих на нашей земле больше нет. Я закончил зачистку сегодня утром. Можешь не переживать за девочку.
Девочка. Киара. Я сжал телефон сильнее, чем нужно.
— Я всегда за нее переживаю, — тихо сказал я. — И буду.
— Главное держи голову холодной, — отец вздохнул, будто устал за всех сразу. — Ты стал мягче. Это видно. Но я надеюсь, ты не забудешь, кто ты и чем занимаешься.
На секунду я задумался. Может я и стал мягче, но только лишь для нее. И это определенно не слабость.
— Я помню, — ответил я. — Не переживай. Все под контролем.
— Вот и хорошо. Я вернусь через пару дней. Нам нужно поговорить. Лично.
Он отключил, не дождавшись ответа — как всегда. Я стоял в полутемном коридоре, держа мертвый телефон у уха, и думал только об одном: как странно быстро изменилась моя жизнь за эти несколько месяцев.
Леон — теперь работает на меня. Отец — расчистил все, что угрожало нам. Врагам перекрыли доступ к городу. Территория снова чистая. И впервые за долгое время вокруг нас — тишина, которую не нужно считать паузой перед бурей. Я убрал телефон в карман, глубоко вздохнул и подошел к машине. Киара дома. Пугающе хрупкая. Абсурдно сильная. Моя. И мне хотелось вернуться к ней как можно быстрее — теперь уже без звонков, без посторонних голосов и без чужих дел, которые могли бы украсть у меня хоть минуту рядом с ней, но осталось еще одно дело. Когда я уже открыл дверцу машины и сел за руль, телефон зазвонил снова.
Номер — незнакомый, но голос я узнал сразу. Женский. Спокойный, деловой, почти холодный.
— Мистер Морелли, — сказала она, — Сегодня увидеться не получится. Обстоятельства изменились. Перенесем на другой день, я сообщу, когда.
Я устало провел рукой по лицу. Хотелось бы побыстрее разобраться конечно. Но после недели, что мы пережили… мне сейчас было плевать на все, кроме одного человека.
— Хорошо, — ответил я коротко. — Буду ждать, но долго не тяни.
— Хорошо, до связи.
Гудок. Я положил телефон на сиденье рядом и несколько секунд сидел, глядя в лобовое стекло, где отражалось собственное лицо — с тенями под глазами, с усталостью, которую я давно перестал скрывать.
Я открыл дверцу обратно, вышел из машины и, не раздумывая, направился к дому. Под ногами мягко хрустел гравий, вечерний воздух был прохладным, будто пытаясь привести голову в порядок. Я снова взобрался по ступенькам, открыл входную дверь и шагнул внутрь. Тишина квартиры встретила меня теплом. Где-то дальше, в гостиной, тихо шуршали пакеты — наверное, Киара разбирала вещи. И в груди что-то странно потеплело. Пошли к черту встречи. Пошли к черту звонки. Пошло к черту все, что пытается вырвать меня из этого дома. Я закрыл за собой дверь и направился к ней, ощущая, как впервые за долгие недели позволял себе расслабиться — хоть ненадолго. Я аккуратно постучал по двери, прежде чем войти. Легко, почти неслышно — не хотел снова напугать ее. Но даже от этого тихого стука Киара слегка вздрогнула. Ее плечи дернулись, будто от внезапного порыва ветра, и она обернулась на меня с растерянным выражением, так, будто на секунду не поверила, что это я. Я вошел медленно, закрывая за собой дверь, и в два шага оказался рядом. Она стояла возле чемодана, держа в руках какую-то майку, но пальцы ее слегка дрожали.
— Эй, — тихо сказал я, прежде чем она успела что-то объяснить.