За этот месяц она изменилась, снова стала собой, но уже улучшенная версия. Diavolo, она держит меня под каблуком и я чертовски не против. Она дразнит, играет со мной, а я охотно ведусь.
Мы почти не вылезаем из постели, из дома в целом. Я пробовал ее везде, в каждом метре этого дома она кричала от удовольствия либо на моем члене, либо на моем лице. Мы не можем насытиться друг другом, да и вряд ли мне когда-нибудь будет достаточно.
— Amore mio — сказал я негромко, глядя в потолок. — Я совсем забыл сказать.
Она чуть приподняла голову, вопросительно посмотрела на меня.
— Завтра приедут мои родители. А на Новый год все собираются у нас. Возможно, будут еще пара моих коллег и коллег отца.
Реакция была мгновенной. Киара резко вскочила с кровати, схватила одеяло, прикрывая голое тело, словно я не вылизывал ее киску пятнадцать минут назад. Она смотрела на меня возмущенно, почти в панике.
— Что?! Лука, ты издеваешься?!
Я не удержался от улыбки, встал следом, подошел к ней и аккуратно обхватил ее лицо ладонями. Большими пальцами коснулся ее щек, заставляя смотреть прямо на меня.
— Тихо, — сказал я спокойно, уверенно. — Ты уже знакома с моим отцом. — я задержал взгляд, чуть улыбнулся. — А матери ты точно понравишься.
Она все еще напряжена, я это видел, поэтому добавил мягче:
— Это все неважно, Киара. Правда. Я люблю тебя. И это неизменно. Это не зависит ни от родителей, ни от гостей, ни от праздников.
Она сделала шаг ко мне и поцеловала — нежно, мягко, без спешки. Так, как целуют, когда верят.
— Это очень мило — тихо сказала она. — Но проблема в другом. Какого хрена я узнаю о том, что твои родители приезжают, только за сутки до их приезда?
— Не парься, все будет хорошо.
Не уверен, что ее это успокоило, но она вроде как перестала злиться. Я усмехнулся и добавил:
— Кстати. Подготовка вся на нас. Но у меня будут дела, так что… не могла бы ты этим заняться? Найми помощников, если нужно.
Она замерла на секунду, потом посмотрела на меня с таким выражением, что я сразу понял — зря.
— Лука!
Она начала шутливо бить меня кулаками по груди, совсем не больно, но с возмущением:
— Ты вообще нормальный?! Вот так между поцелуями?!
Я рассмеялся, поймал ее руки и притянул к себе.
— Зато честно, — сказал я, утыкаясь лбом в ее лоб. — И я знаю, что ты справишься. Ты у меня невероятная.
Она фыркнула, но улыбалась. А я подумал, что хочу именно такую жизнь: где она злится, смеется, суетится, живет рядом со мной — и остается моей.
Она сбросила одеяло и потопала в душ, вид ее уходящей, голой задницы, заставили мой член подняться снова. Не удержавшись я резко обвел ее руками сзади и прижал так, чтобы она не смогла освободиться
— Лука! Мне нужно в душ, пусти! — она дергала своими ножками, но это ухудшало ситуацию.
Ее зад трется о мой член, она так сильно меня заводит, что я готов кончить лишь от этого. Я развернул ее к себе и вцепился в ее губы, жадно, горячо. Она ответила на поцелуй лишь на несколько секунд и оттолкнула меня.
— Я сказала, что мне нужно в душ, Лука.
Она снова уходит и я снова шлепаю ее по заднице.
— Эй! — шикнула она и заперлась в ванне.
Я услышал, как она включила душ, и даже сквозь шум воды до меня донеслось ее бормотание:
— Господи… у меня так мало времени. Как мне все успеть… надо позвонить девочкам…
Я усмехнулся сам себе и спустился на кухню. На сегодня будет простой завтрак. Хотелось, чтобы утро было спокойным. Хотя, если честно, с Киарой спокойствие — понятие относительное.
Мне нравится каждое наше утро. Как мы вместе готовим, иногда приносим завтак в постель друг к другу, смотря кто первый проснется. Но конечно же чаще всего готовлю я, потому что Киаре нравится. Мне нравится как иногда мы смотрим что-то по телику, она забрасывает на меня свои ноги и гладит мои волосы. Нравится просыпаться раньше, чтобы просто смотреть как она спит, особенно мило, когда она пускает слюни на подушку. Это одна из моих любимых фотографий в телефоне. Я фотографирую ее всегда, каждый раз когда она этого не видит. Я хочу запомнить все. Запечатлеть все.
Я уже разбивал яйца, когда услышал, как наверху зазвонил телефон. Мой. Я машинально подумал, что перезвоню позже, но не успел.
Через пару секунд шаги. Громкие. Быстрые. Злые. Я даже не обернулся сразу — и снова зря. Допустить две ошибки за столь короткое время, я превзошел сам себя.
— Лука!