Смирись со мной

Я медленно выдохнул, закрыл глаза на секунду и усмехнулся.

— Ты издеваешься, — сказал я тихо, без злости. — Осознанно.

— Возможно, — уголок ее губ дернулся. — А ты держишься. Горжусь.

Я открыл глаза и посмотрел на нее уже иначе — не только с желанием, но и с теплом, с этой странной нежностью, которая всегда приходила следом за огнем. Мне нравится как она играет со мной. Как она перенимает мой характер.

— Ты знаешь, что это нечестно, да? — сказал я, наклоняясь чуть ближе через стол. — Ты проверяешь мое терпение.

Она убрала ногу, но только для того, чтобы встать, обойти стол и наклониться ко мне почти вплотную. Ее голос был тихим:

— А ты проверяешь мое доверие.

Я замер. Вот так она всегда и выигрывала.

Она внимательно смотрела на меня еще пару секунд, потом медленно кивнула и вернулась на свое место.

Я снова взял чашку, делая вид, что все под контролем. Но мы оба знали — это было только затишье. И черт возьми… Я любил ее и за это.

Я убрал со стола и поднялся в спальню, уже почти взялся за ручку, когда ее голос остановил меня.

— Нет, — спокойно, но твердо сказала Киара.

Я обернулся. Она стояла в коридоре, скрестив руки на своей прекрсной груди с затвердевшими сосками, взгляд серьезный, собранный. Совсем не та, что пару минут назад дразнила меня под столом.

— Пока я не соберусь, тебе туда нельзя, — добавила она. — Ни шагу.

Я медленно выдохнул и усмехнулся. Черт. Она умела держать удар. И умела держать меня.

— Это что, новые правила? — спросил я, опираясь плечом о стену.

— Именно, — ответила она. — И они действуют до тех пор, пока я не услышу правду.

Я посмотрел на нее внимательнее. Не ревность. Скорее тревога, желание понять, удержать контроль над реальностью. Я видел это выражение раньше. И знал, что сейчас спорить бесполезно.

— Хорошо, — сказал я спокойно. — Я подожду.

Она кивнула, развернулась и зашла в спальню, закрыв дверь прямо перед моим носом.

Я остался стоять в коридоре и неожиданно улыбнулся. Diavolo, я скоро сойду с ума.

Я ждал ее в гостиной почти час. Редкий случай, когда я просто сидел и ничего не делал — ни звонков, ни сообщений, ни решений. Только тишина дома и это странное, тягучее ожидание. Телефон завибрировал.

Ванесса: Я на месте. Жду вас.

Я коротко выдохнул и убрал телефон экраном вниз. В этот момент из спальни вышла Киара. Я поднял голову и снова поймал себя на том, что забываю дышать.

Она прошла мимо, не глядя на меня, спокойно, уверенно, и села на диван в гостиной, сложив ноги и сцепив пальцы на коленях. Не злость — ожидание. Внимательное, настороженное. Такое, от которого внутри все сжимается.

Я прошел в спальню. И там, как уже начинало входить в привычку, на кровати лежала аккуратно разложенная одежда. Рубашка. Брюки. Пиджак. Я остановился в дверях и на секунду просто смотрел. Она начала делать это постоянно. Всегда сама выбирает, что мне надеть. И делает это так естественно, будто всегда была частью моей жизни.

Я провел рукой по ткани рубашки и усмехнулся себе под нос.

— Ты даже не представляешь, — тихо сказал я в пустоту, — Насколько сильно ты уже внутри моей жизни. Насколько глубоко засела во мне.

Я оделся, чувствуя странное спокойствие и немного волнения.

Когда я вернулся в гостиную, Киара подняла на меня взгляд. Внимательный. Проникающий. Тот самый, будто она видит меня насквозь.

⸻

Я заглушил двигатель и первым вышел из машины. Она не разговаривала со мной всю дорогу. Она даже не дала мне открыть для нее дверь. Думаю она очень зла на меня.

Место было тихим — слишком тихим, будто мир здесь заканчивался линией деревьев. Их было так много, что за плотной стеной зелени не было видно ничего, кроме неба. Частный участок. Закрытый.

К нам подошла женщина лет шестидесяти. Строгая осанка, аккуратная прическа, в руках папка с бумагами. Но глаза — теплые, живые., добрые.

— Деточка, — сказала она с мягкой улыбкой, глядя на Киару, — Я Ванесса. А ты, значит, Киара?

Она кивнула, все еще явно не понимая, что происходит.

— Мистер Морелли очень много говорил о тебе. Не переживай, только хорошее.

Я видел, как Киара застыла. Чистое изумление на лице, вопросы, которые она пока не решалась задать.

— Показывайте, — коротко сказал я.

Ванесса кивнула и пошла вперед. Мы последовали за ней по каменной дорожке, и с каждым шагом пространство словно раскрывалось. Дом появился не сразу — сначала очертания, линии, свет. А потом он встал перед нами полностью.