— Никогда больше не смей прикасаться ко мне.
Дверь захлопнулась. Я остался в тишине. Сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Сказать, что мне было легко — солгать самому себе. Но я уговаривал себя, что так правильно. Она сломана. Она слишком опасна для меня.
И всё же внутри что-то ныло. Я знал, что отказываться от неё до конца я не хочу. Нет. Эта девчонка уже впилась в меня когтями. Я выгнал её. Это верное решение. Но если она думает, что это конец — она ошибается. Ей нужно время.
⸻
Я сидел в кресле, сцепив пальцы на столе. В висках всё ещё билось её «Ты ублюдок ». Хотелось выбросить из головы, но не получалось. И в этот момент в кабинет вошли Рико и Дамиан.
Я сидел, сложив руки, и слушал отчет так, будто это была репетиция — ровный голос Рико, короткие фразы Дамиана. Они приносили мне факты, я их сортировал в голове как карты в колоде: кто, где, когда. Ничего не выходило за рамки того, что я уже предвидел.
— Один грузовик свернул с маршрута, — сказал Дамиан, не поднимая глаз. — Марко за рулём.
Я сделал вид, что удивлён. На деле это была нужная нота в композиции, которую я писал давно. Марко — мелкая крыса, жалкая и предсказуемая. Отправить за ним людей вруби́ло бы свет на тех, кто кормил его ложью. Но я не хотел срезать голову муравью, не выведя сначала муравьиный муравейник на свет.
— Отпустили его? — спросил я вполголоса, и в комнате повисло напряжение.
Рико улыбнулся уголком, тот самый взгляд, что я читал уже тысячу раз: он понял, что игра идёт по моим правилам.
— Отпустили. Хвост на нём. Мы дали ему шанс дойти до «контакта».
Мне нравилось это словосочетание — «дать шанс». На деле мы дали приманку и приготовили сеть. Марко должен был думать, что вырвался из объятий наблюдения; он должен был почувствовать свободу — и вернуться туда, где сам покажет нам карты.
Я встал, накинул пиджак. В движениях — уверенность.
— Осторожно. Никаких резких действий с его стороны, если только он сам не перейдёт границу. Мы не хотим, чтобы кто-то наводил страх и начинал стрелять раньше времени. Пусть он доведёт нас до нужных имён.
Они поняли. Рико уже переключал каналы связи, Дамиан уточнял позиции «хвостов». Всё по плану. Я любил, когда люди исполняли роль без шума: наблюдают, фиксируют, ждут сигнала. Главное — не дать панике просочиться в голову людей. Паника убивает расчёт. Ночной порт стал сценой. Я приехал не для того, чтобы устрашать — я приехал, чтобы подтвердить: всё под моим контролем. Люди на позициях, камеры направлены, «случайные» прохожие — наши. Марко стоял у фургона и нервно курил; рядом — незнакомцы, которых он считал «партнёрами». Они думали, что играют по своим правилам. Они ошибались.
Сигнал моей руки — и двери сомкнулись. Но не как в спонтанной расправе: это был отточенный акт. Рико вышел «случайно», заговорил, Дамиан мягко прикрыл выходы. Один из моих парней — тихо, без крика — показал, что у них нет пути назад. Я подошёл, и в моём голосе не было ярости. Было уведомление: «я всё видел».
— Расскажешь или мы будем вынимать из тебя правду по частям? — сказал я спокойно. Он запищал. Назвал имена. Я слушал, откладывал каждое слово в блокнот мысли. Это были ниточки, по которым можно было протянуть сеть дальше.
Когда артикуляция «разоблачить» была завершена, я сделал то, что, возможно, больше всего ломает людей: отпустил его. Не из милосердия — ради стратегии. Пусть побежит, пусть вернётся и расскажет остальным: «они наблюдают». Пусть те начнут двигаться. Мы будем ждать, фиксировать, закрывать ловушку тогда, когда будет удобнее всего для меня. Мы уехали так же тихо, как пришли. В машине Рико проверял номера, Дамиан выстраивал цепочки. Я смотрел в окно на мокрый асфальт и повторял про себя единственное, что имело значение: план сработал. Контроль остался у меня. И даже если мир вокруг дергался и колыхался, эта ночь доказала одно — я держу нити.
⸻
Встреча началась как любой другой — я вошёл в склад ровно по плану, с холодным ощущением контроля во всём теле. Рико и Дамиан были на местах, мои люди все окружили, «хвосты» по периметру, люди в тени — всё, как по нотам. Марко стоял перед ними, бледный, глаза бегали. Их «партнёры» — трое громил в кожанках — выглядели уверенно. Они думали, что играют по своим правилам.
Я подошёл, заговорил спокойно, пытался вытянуть имена, адреса. Но в какой-то момент разговор воткнулся в стену — слишком много напряжённого молчания, слишком много вошедших взглядов в мои фланги. Сцена мигнула: один из их людей — тот самый высокий со шрамом — сделал шаг, показал, будто сдаёт карту. Я дал Рико знак, и он, как будто по команде, «прошёл» чуть вперёд.