— Ничего, — говорит он легко, отступая, чтобы мне было куда шагнуть. — Ты в порядке? Похоже, у тебя сегодня приключенческий день.
Я смущаюсь резко, но злость — она теплее и удобнее, чем смущение. Внутри что-то шевельнулось: это та самая хрупкая точка, которую Лука так ловко щупал и ломал. Мне хочется не плакать, а рвать. Хочется доказать: я не та сломанная, которую он описал. Хочется показать, что я могу выбирать сама — и выбирать так, чтобы это было видно.
— Я в порядке, — отвечаю холодно.
По какой-то причине Леон улыбается шире. Он делает шаг ближе, чуть наклоняется, и воздух между нами кажется теплым. Вокруг — шум студентов, чьи жизни текут параллельно моей, но в этот момент мне важно только одно: видеть на его лице интерес, замечать, как он внимательно изучает каждую деталь моего лица, как будто пытается угадать, что произошло.
— Ты всегда так мрачно выглядишь, когда спешишь? — флиртует он, голос чуть снижен, как будто делится какой-то тайной. — Может, я помогу? Проведу до семинара, с чашкой кофе в качестве компенсации за столкновение.
В ответ на это во мне поднимается странная гордость — не за то, что кто-то готов вести меня в охапке цветов, а за то, что у меня есть власть над собственной сценой. Если Лука думает, что выгнал меня на обочину, пусть увидит: я могу выйти на дорогу своей жизни другим маршрутом. Пусть почувствует, что потерял не «слабую», а ту, кто умеет маскироваться под слабость и играть на чужих ожиданиях. Я задерживаю взгляд на губах Леона, потом улыбаюсь — медленно, намеренно, как будто открываю карту. Это не просто улыбка. Это ответ, метко брошенный в его сторону и, невольно, в сторону Луки: я могу быть желанной. Я могу выбирать.
— Ладно, — говорю я, беру чашку, которую он протягивает мне, и делаю вид, что запах кофе важнее всего. — Проводишь?
Он усмехается, как будто внутри празднует победу, и мы идём вместе. Его рука — легкая, почти случайная — касается моего локтя при каждом шаге. Я чувствую, как вокруг меня расправляются крылья. Это не месть в смысле разрушения: это вызов. Это моё маленькое «посмотри на меня» — не ему лично, но миру, где он хочет быть богом моей судьбы.
Каждый его легкий комплимент — «Тебе идёт этот цвет», «У тебя крутая сумка» — я принимаю и возвращаю с изюминкой. Я смеюсь громче, чем обычно; я позволяю себе кокетство, не потому что мне хочется этого самого Леона, а потому что мне хочется почувствовать, что могу. Чувствовать, что у меня есть выбор, и один из них — быть видимой. Пусть то долгая тень Луки, пусть это крик моей бывшей боли, но сейчас я не просто жертва. Я — актриса собственной мести. Когда мы проходим мимо двери кабинета, он нагибается и шепчет:
— Знаешь, я рад, что мы встретились снова. Может, позже — ужин? Я угощу.
Я смотрю на него, на его открытую, добрую улыбку, и в груди что-то щёлкает: это не про любовь, это про контроль. Я колеблюсь лишь мгновение. Потом киваю — не из-за него, а ради себя.
— Хорошо, — говорю тихо. Я достаю листок и ручку, пишу свой номер и отдаю ему— Позвони.
Он кивает, и в его глазах загорается искра. Я ухожу дальше по коридору, чувствуя, как попытка забыть Луку рушится, но вместе с тем — как поднимается нечто новое: уверенность, будто я снова учусь дышать. В этом флирте нет обещаний, нет будущего — только маленькая победа, которую я снимаю с витрины и кладу в карман. Пусть он увидит. Пусть знает, что я выбираю себя.
⸻
Я сидела посреди комнаты, окружённая хаосом одежды, и грызла губу. В шкафу было полно вещей, но казалось, что надеть нечего. Платье? Джинсы? Я сама себя спрашивала, зачем вообще так переживаю. «Это всего лишь ужин», — повторяла я в голове. Но сердце билось, будто я шла на экзамен, а не на свидание.
— Ты реально идёшь с ним? — первой в комнату заглянула Хлоя, аккуратно держа в руках стопку книг. Она всегда была собрана, всегда с идеальной причёской и с выражением «мне бы лучше учиться». — Киара, у тебя завтра семинар. И вообще, я читала, что спонтанные свидания…
— Господи, Хлоя, — перебила её Лекси, падая на кровать и хватая с пола моё платье. — Спонтанные свидания — это лучшее, что может случиться! А уж с таким красавчиком, как Леон… ммм! — она мечтательно закатила глаза и захихикала. — Надень что-нибудь, от чего у него мозги плавиться будут.
В комнату влетела Наоми — в блестящей майке, с телефоном в руках. Она сразу подошла к зеркалу, поправила волосы и кокетливо улыбнулась своему отражению.