Он не прямолинеен. Его оружие — фасад: улыбка, вовремя брошенное слово, рестораны, где должны меня заметить, фотографии, которые потом пойдут в нужные уши. Он выращивает сеть из маленьких людей, из тех, кто устал и готов предать ради выгоды. Он подкупает, собирает карточки, ставит посты, учится вести игру «в тени», где я привык править в свете. И ещё он мастер манипуляции: делает из женщины инструмент — не потому, что она ценна сама по себе, а потому что её появление рядом со мной вызовет реакцию, которую он использует как взрывчатку.
Я не недооцениваю его. Мелкий подлец с амбициями опасен тем, что ему нечего терять. Он устроил засаду, заставил меня лечь на операционный стол; он вывел на меня огонь тогда, когда думал, что я уязвим. Это хитрость, а я уважаю силу, даже если она приходит в другом виде. Но я знаю и другое: у меня свои каналы, свои правила игры. Я могу ждать, подстраивать, разрывать на нитки тех, кто дал ему руку помощи. Его таланты — это только возможности для ответа.
Почему он для меня опасен лично? Потому что способен затронуть то, что я скрываю от остальных: мои чувства, мои привязки. Он играет на том, что я не выношу — потерю контроля над тем, что считаю своим. Но я не стану кипеть от мести. Я сделаю план: отрежу ему пути снабжения, обрушу на него тех, кого он считает друзьями, и заставлю понять цену, которую платят те, кто решает поднять руку на то, что я строил годами.
В своей маске я презираю его — за наглую дерзость, за желание стать мною без крови и труда. Но в тишине я считаю ходы: кто его кормит, кто подставил Марко, кто дал место для встречи. Он думает, что использует людей — он ошибается. Я использую обстоятельства. И когда я начну играть всерьёз, никто не вспомнит имя Леона как угрозу — они запомнят его как пример того, что происходит с теми, кто решает драться с тем, кто не прощает.
— Именно, — кивнул Дамиан. — Он подстроил засаду. И это ещё не всё.
Я повернул к нему голову, с трудом дыша от боли.
— Говори.
— Сегодня вечером он ужинает с ней, — сказал он спокойно, но каждое слово било, как пуля. — С Киарой.
Мир будто замкнулся в одну точку. Горло сжало, сердце колотилось. Леон. С ней.
— Сука, — выдохнул я.
Я стиснул зубы, заставил себя подняться. Руки дрожали, тело горело, но мысль была только одна: она рядом с ним, с этим ублюдком, с другим мужчиной.
— Лука, — попытался остановить меня Рико, — тебе нужен отдых, врач…
— Мне нужна она, — перебил я, сорвав с руки капельницу. — Живо машину.
⸻
Я влетел внутрь так, будто весь этот чёртов мир принадлежал мне. За спиной мои ребята рассредоточились, но я видел только её. Киара. В платье, с бокалом вина в руках, и рядом — Леон, вальяжный, улыбающийся, как будто она уже его.
Всё перед глазами залилось злостью.
Я шагнул к ним. Леон даже не двинулся, только ухмыльнулся.
— Вставай, — коротко приказал я.
— Лука… — Я схватил ее за запястье, и в следующее мгновение она оказалась перекинутой через мое плечо.
— Отпусти! — она билась кулаками, я слышал смешки и шёпот гостей,но мне плевать на эту кучу дерьма.
Я лишь сильнее удержал ее, а ладонь резко опустилась на ее зад — звонкий, хлёсткий удар.
— Молчи, piccola ribelle, — прорычал я, неся ее к выходу. — Доигралась.
— Лука! Пусти! — кричала она.
Я сжал зубы так, что хрустнуло. На глазах у всего зала вынес её на улицу, распахнул дверцу машины и буквально швырнул внутрь.
— Никогда. Слышишь? Никогда больше так не делай.
— Ты что творишь?! — её голос дрожал от обиды и злости.
Я обошел машину, сел за руль и рявкнул:
— Я что творю?! А ты, Киара?! Ты сидишь с этим подонком, пока я в больнице валяюсь от пули, которую он подослал! Ты хоть понимаешь, во что себя втянула?!
Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, то ли от страха, то ли от шока. Я ударил ладонью по рулю.
— Ты могла погибнуть, чёрт возьми! — продолжал я. — И если ещё раз я увижу тебя рядом с ним — клянусь, лучше свяжу тебя и закрою под замком, чем отдам кому-либо, тем более ему!
Я чувствовал, как голос срывается, и не мог остановиться. Это был не только гнев. Это был страх. И она должна была это понять.
— Ты хоть понимаешь, с кем сидела?! — сорвался я. — Леон — это не просто мальчик с красивой улыбкой! Он хотел через тебя добраться до меня!
— А ты?! — Киара резко повернулась ко мне, глаза её сверкали. — Ты тоже добирался до меня! После того, как спас, ты прижал меня к себе, заставил, думал, я забыла?! Ты ничем не лучше!