— Тогда, может, пора тебе привыкать к поражениям.
На секунду в её глазах мелькнуло настоящее бешенство. Но она быстро развернулась, демонстративно взмахнув волосами, и ушла, будто разговор был ей неинтересен. Я же шла дальше, чувствуя, как по спине пробегает дрожь. Не от страха — от того, что впервые сказала всё, что хотела.
— Мышка, это было убийственно! — прыснула Лекси.
— Господи, вот это ты ее унизила — добавила Наоми.
Хлоя только покачала головой, но в её глазах мелькнула тень гордости.
И я знала: с сегодняшнего дня я больше не тень.
После утренней стычки с Ости день будто окрасился в новые цвета.
На лекциях я ловила на себе взгляды, которых раньше не было. Кто-то улыбался, кто-то перешёптывался за спиной. Обычно такие вещи меня раздражали, но сегодня… сегодня я чувствовала себя сильнее. Наоми, как всегда, строила глазки первому встречному. Лекси всю перемену шутила, что теперь мне придётся заводить фан-клуб. Даже Хлоя в какой-то момент сказала:
— Знаешь, мышка, тебе идёт быть заметной. Но не забывай про учебу.
Я кивнула, но внутри всё равно пульсировало чувство, что я делаю что-то правильно.
⸻
После обеда коридоры были переполнены. Я поднялась по лестнице, сжимая в руках тетради, и в какой-то момент каблук скользнул по ступени. Сердце ухнуло — я почти полетела вниз. Но чья-то рука схватила меня за талию и удержала.
— Ну-ну, — в голосе прозвучала насмешка. — Ты что, решила эффектно появиться?
Я подняла глаза и столкнулась с ухмылкой Леона. Капитан баскетбольной команды,гордость университета и виновник мокрых трусов девушек. Высокий, спортивный блондин с голубыми глазами, с этой своей наглой уверенностью, которой хватало на пол-университета.
— Я… оступилась, — пробормотала я, пытаясь вырваться, но он всё ещё держал меня чуть ближе, чем позволяло приличие.
— Оступилась? — он склонил голову набок, его улыбка стала шире. — Тогда мне остаётся только радоваться. Иначе у меня бы не было шанса тебя поймать.
Я почувствовала, как щеки предательски нагрелись.
— Спасибо, — выдавила я, отступая назад, когда он наконец отпустил.
Но Леон не собирался уходить.
— Ты сегодня… другая, — его взгляд скользнул по моему платью, кожаной куртке. — Не та тихая Киара, которую я видел раньше. И, знаешь, тебе это идёт.
Он облокотился на перила, явно наслаждаясь моментом.
— Так что, может, ты дашь шанс тому, кто умеет ловить девушек не только на лестнице?
Я сжала губы.
— Ты слишком самоуверен.
— Зато честен, — он подмигнул и шагнул мимо, бросив на прощание: — Увидимся, Киара. А может, ещё раз поймаю.
Я осталась стоять, сжимая тетради так сильно, что побелели пальцы. Новые слухи и еще больше взглядов не хотелось,слишком много за короткий срок. Вдруг мне захотелось почувствовать взгяд лишь одного человека. Наблюдателя.
Глава 4
ЛУКА
В кабинете пахло сигарами и кожей. Рико сидел в кресле напротив, вертел в руках пистолет, а Дамиан молча листал папку с фотографиями.
— Это он, — Дамиан ткнул пальцем в снимок. — Марко. Сливал информацию какой-то бандитской организации «Чичистер». Такая организация была в 1820-1860-е года, но быстро распалась, походу решили вспомнить старое. Мы засекли его встречи, у нас есть доказательства.
— Они начали действовать недавно, они не могли принести нам такой урон сами, без чей-либо помощи.
Я прикрыл глаза на секунду. Предательство — всегда нож в спину, как ебанный ублюдок.
— Что делать будем? — Рико поднял бровь.
— Пока будем решать проблемы по мере их поступления, а сейчас что всегда мы делаем с предателями, — мой голос прозвучал холодно. — Но не здесь. За городом.
Тишина. Все понимали: решение окончательное.
Я понял это не сразу — предательство приходит как тёплая влага под одежду: сначала не чувствуешь, потом — горький холод по позвоночнику. Сначала были мелочи. Пустые бумаги в отчётах, сделки, которые «внезапно» срывались, клиенты, которые исчезали так, будто кто-то их предупреждал. Один из поставщиков позвонил и сказал, что мы потеряли контракт — хотя я лично согласовывал условия. Другой раз — на охране у склада обнаружили чужую метку, хотя входы были запечатаны. Такие вещи не происходят сами по себе; они — следы. А там, где следы, есть и тот, кто ведёт. Я начал сводить линии. Вёл список: кто был в курсе информации, кто имел доступ к документам, кто видел карты маршрутов. Я смотрел на лица: кто морщит лоб, кто слишком бесцеремонно отшучивается, кто задерживает взгляд на знакомых именах. Предательство — это не громкий крик, это осторожный шёпот в уголке комнаты, и я слышал его отчётливо. В голове всё складывалось как пазл. Марко — встречался с «Чичистер» как будто случайно; его телефон — «потерян» в тот день, когда произошла утечка; один из наших водителей, которого я считал надёжным, внезапно «уехал по делам» и вернулся с новыми деньгами в кармане. Эти совпадения — не совпадения вовсе. Они — закономерность. Я не мог позволить себе слепо верить интуиции, но и списывать со счетов нельзя было.