И тут Ири призадумалась. До нее наконец начало доходить, о чем ей твердили Кэт и наставница.
— По сути, от изделия моего мира я взяла только саму идею крепления предмета на кожу и наличие мягкой средней части, которая защищает рану и впитывает незначительные кровяные выделения. Все остальное я разрабатывала сама: слои, пропитки, концепт хранения магии и сочетаемость компонентов между собой.
Ири сидела, ни жива, ни мертва. И совет тут был ни при чем, просто до нее наконец начало доходить, какую на самом деле работу она проделала.
Пока она занималась самокопанием, декан продолжил:
— Один из членов совета хотел высказаться по поводу вашего изделия. Вайр-тан Тенор, прошу вас.
“Тенор? Что?”, — сердце Ири забилось с такой силой, что она почти была готова побежать за дефибриллятором, если бы ноги слушались. Да и такой аппаратуры тут не водилось.
— Коллеги, я бы хотел поделиться с вами личным мнением по поводу использования этого целительного изделия, — архимаг закатал левый рукав и показал всем пластырь. — Вчера я имел честь стать пациентом вайры Сахаровой и добровольно согласился на использование ее пластыря.
“Боги, целое собрание совета с демонстрацией... из-за какого-то пластыря…”, — нервно хихикнула про себя Ири. Но этот внутренний смех хотя бы давал ей понять, что она все еще жива.
— Хочу отметить удобство использования, скорость наложения и неоспоримую пользу магии жизни, которая выходит из сердцевины пластыря, попадая точно в цель. Верхняя плотная ткань действительно защищает рану, — некромант перевел свой уверенный взгляд на Ири, от чего она немного успокоилась. — Вайра Сахарова, как ведущий целитель, позволите ли вы снять пластырь?
— Да, вайр-тан Тенор. Прошло достаточно времени, — неуверенным голосом ответила она, глядя на мага смерти, как на последнюю надежду.
— В таком случае, — мужчина вновь обратился к членам совета. — Мы можем вместе оценить результат труда вайры.
Тенор прикоснулся к плотной ткани. Из его пальцев вылетели тонкие изумрудные молнии. Ткань рассыпалась в прах, явив взорам почтенных слушателей абсолютно здоровую руку. Кожа на месте пореза была полностью гладкая, но еще немного тонкая. Если не присматриваться, то лишь аккуратные швы напоминали о прежней ране.
Члены совета дружно закивали.
“Молодец, садись, пять!”, — продолжила нервно хохмить девушка, пытаясь уследить хотя бы за собственным дыханием.
— Вайр-тан Тенор, благодарим вас за подробную демонстрацию, — продолжил декан. — Есть ли у членов совета вопросы к вайре по этому изобретению?
Ответом ему было гулкое молчание.
— Хорошо, — кивнул декан. — Тогда перейдем ко второму возможному патенту. Он касается не конкретного изобретения, а методики запечатывания активного заклинания. Я так полагаю, вайра Сахарова, вы начали работать над новым исследованием?
— Да, вайр-тан Варинор.
— И оно построено по тому же принципу?
— Да, совершенно верно.
Голос Ири слегка дрожал. Она прокашлялась, пытаясь вернуть себе контроль над связками.
— Мы ознакомились с вашей идеей, тут все понятно. Мы просим вас немного рассказать про вашу новую разработку.
И тут внутри Ири что-то щелкнуло. Ей стала все равно, кто перед ней. Ее плотину прорвало. Она захотела донести до них, чем дышит сегодня. Послушать ценные советы и критику. Девушка набрала полную грудь воздуха:
— Почтенные члены совета, сейчас я начинаю работу над кровоостанавливающими губками. В моем мире они называются гемостатические и используются для остановки разных видов кровотечений. За основу я решила взять сушеную инзолию в чистом виде с добавлением заклинания изоляции.
Девушка приготовилась объяснять идею на пальцах, но они все еще были полудеревянные.
Члены совета слушали внимательно, смотря на Ири. Она почувствовала себя неуютно, но продолжила:
— Дополнительным компонентом выступают два материала: сушеные флабии и… артефактная пена.
— Что? — удивленно спросил кто-то из слушателей.
— Это же несуразица! Какая пена? — поддержала его, кажется, профессор боевой кафедры водников.
Некоторые профессора ухмылялись, кто-то заинтересовался, один пожилой маг почти уснул. Ири бросила взгляд на знакомых архимагов. Их лица выражали абсолютную серьезность. И девушка мысленно обратилась именно к ним: