***
Вайолет никогда не знала, как себя вести в шумных компаниях. Со сверстниками все намного проще: ты видишь группу подростков – ты как можно незаметнее сваливаешь от них в противоположную сторону. Но когда тебя зовут на мероприятие, где добрая половина народу – взрослые, то тут у тебя два пути: либо провести невообразимо скучный вечер в одной позе за столом в компании рассказывающих веселые, но абсолютно непонятные истории коллег и знакомых родителей, либо провести настолько же скучный вечер, но уже за столом одной, подпирая ладошкой щеку и нервно поглядывая на циферблат часов. Хорошо еще, если все чем-то заняты, но а уж если на тебя обратят внимание… пиши пропало. «Расскажи, как в школе», « А с оценками что?», «Небось и парень есть?». Приходится выдавать банальные ответы на банальные вопросы, строя из себя примерного ребенка. Хотя, в какой-то момент даже становится весело: можно так здорово приукрашивать действительность, что и сам потом начинаешь верить в сказанное.
Поклевывая с подносов теплые закуски, Вайолет в ужасе наблюдала за отцом, от души хохочущего с каким-то мужчиной. Тот все зазывал Бэна выйти с ним к его машине, дабы показать какие-то чертежи. Хармон старший и чертежник все поднимались с места, но потом завязывался диалог на другую тему, и те снова опускались на сидения.
«Только не уходи! Не бросай меня!» - мысленно кричала девушка, как только отец снова порывался вскочить с места. Но, как не прискорбно, перенеся несколько мини-инфарктов, Вайолет все же осталась одна: с идиотской улыбкой Бэн наконец развернулся к ней, пытаясь перекричать гул посетителей:
- Детка, я отойду ненадолго. Постарайся развлечься, найди Тейта…
- … да, иди-иди… - с досадой прервала та его извинительную речь.
Мужчины скрылись. Вайолет цокнула, поджала губы трубочкой и, сжимая кожу диванчика, принялась обводить помещение свежим взглядом. Гости развеселились от алкоголя, в свете лампочек то и дело сияла янтарная жидкость стаканов. Звенела посуда, раздавался хохот присутствующих, бармен подключил помощника, теперь же в два раза быстрее справляясь с разливанием Guinness по пивным бокалам. Несколько мужчин в костюмах давным-давно нашли себе развлечение, с радостными возгласами бросая дротики с доску для дартса, пропуская по очередной рюмке зеленой жидкости, в другом конце зала с промежутками в несколько минут раздавались удары шаров на бильярдном столе. Возможно, не все так безнадежно, как показалось Вайолет с самого начала, и собравшиеся вовсе не собирались доставать ее с расспросами…
***
Скучно. Вот подходящее слово. Просто скучно. Вайолет сидела у барной стойки, подпирая щеку кулачком и лениво потягивая безалкогольный коктейль через полосатую трубочку. Бармен тянул на себя краник пивного драфта, и хмельная жидкость моментально наполняла высокие бокалы, сияя в мягком свете ламп. Затем напитки исчезали с поверхности бара также быстро, как и появлялись. Отец так и не возвращался, вокруг не было ни одного знакомого лица. Никто не обращал на Вайолет внимания, а та и не понимала, рада она тому, или нет. Даже маленькая девочка с похорон и та нашла себе дело по душе, с интересом разрисовывая лепрекона в раскраске, устроившись за столом возле матери.
Солистка группы, до этих самых пор возвышавшаяся на барном стуле, теперь же отставила предмет мебели в сторону, исполняя заводную ирландскую песню, отбивая ногой ритм и лучезарно улыбаясь присутствующим. Песня нравилась Вайолет. Напоминала что-то детское, как-будто она слышала ее раньше…
- Издалека ты похожа на девушку, которая отчаянно ищет способ забыться.
Бум! Взрыв посильнее, чем на Чернобыльской электростанции. Вайолет вздрогнула от неожиданности. Дернулся локоть, и сладковатая жидкость расплескалась по деревянной поверхности. Тейт приземлился на стул напротив, светясь улыбкой. Да, в его присутствии девушки часто нервничали, но впервые до такой степени.
- Скорее пытаюсь вспомнить, - пробубнила девушка, смутившись от своей реакции, сканируя взглядом барную стойку в поисках подставки с салфетками.
- Правда? – протянул юноша. - И что же мы вспоминаем? – шарил тот рукой по нижнему ярусу стойки. Среди бардака и выжатых долек лайма нашлась влажная тряпка.
- Песня, - запнувшись, проговорила Вайолет, поднимая свой стакан и зачарованно глядя на то, как Тейт помогал пятнам исчезать с начищенного дерева. – Кажется, я слышала ее в детстве…
Тейт улыбнулся, откидывая тряпку.
- Это старая народная песня, наверняка ее слышал каждый второй.
- Спасибо, - промямлила Вайолет, кивнув на свой напиток.
- Алкоголь? – Тейт подтянул к себе ее стакан, принюхиваясь. Затем прищурился, довольно растягивая губы. – Ладно- ладно, на сей раз не вызову полицию.
Вайолет саркастично рассмеялась, откидывая волосы со лба и опуская голову на ладошку. Тейт обернулся, свистнул, привлекая внимание одного из барменов.
- То же, что и у девушки, пожалуйста.
Вайолет вскинула брови.
- Вау. Я тронута. Серьезно. Но ты же понимаешь, что можешь смело пить при мне?
Тейт загадочно улыбнулся, помешивая соломкой светло-желтую кашицу в появившимся перед ним напитке.
- Как тебе вечеринка? – пропустил ее высказывание тот, разворачиваясь к залу. – Кроме музыки конечно.
Вайолет набрала побольше воздуха, медленно выдыхая.
- Все жду, когда объявят, что джакузи готово, а пляжные мячи надуты.
Тейт склонил голову, странно глядя на девушку, слегка улыбаясь, словно и не зная, шутка то была, или нет.
- Люди, - пояснила Вайолет. – Я о гостях. Тут все ведут себя как подростки, вот я и подумала, что скоро все переместятся к бассейну. Отец конечно говорил, что похороны в этой стране заметно отличаются от тех, к которым я привыкла, но чтобы так…
Тейт издал смешок. Затем, словно вмиг переменившись, придвинулся ближе, повторив позу Вайолет и подперев рукой голову. Девушка по инерции убрала ладонь от своего лица, отстраняясь.
- Посмотри на них, - начал юноша, кивая на толпу, но не отводя от личика девушки взгляда. – Посмотри повнимательнее. Что ты видишь?
- Кроме отчаянных попыток получить утреннее похмелье?
Тейт улыбнулся.
- Да, кроме очевидного.
Вайолет облизнулась, убирая с губ улыбку и сосредотачиваясь на вопросе Тейта. На настенных гербах и фотографиях плясали тени, и казалось, будто не только люди живы, но и лица на портретах, словно те тоже двигаются.
- Иллюзия праздника, - слетело с губ Вайолет. – Я понимаю, что это глупая догадка для той страны, где поминки считаются очередным Рождеством, но… не знаю, все так… разодеты… - жемчуг и дорогие украшения сияли на аристократически бледных шеях и руках, шелк и бархат идеально сидели на точеных фигурах. – Словно это игра. Спектакль. Они будто играют свои роли.
Вайолет вздрогнула, услышав тихие хлопки Тейта в ее честь.
- Браво, Вайолет, браво, - заговорщически улыбался тот. – Эти люди – все эти люди – друзья отца, знакомые Уоррена, приятели, клиенты и партнеры по бизнесу моего дяди. Половина из них занимают гораздо более высокие должности, чем может показаться. Круг посвященных. На утро никто и не будет знать, что они здесь были. Будто этот вечер и не имел место быть.
Вайолет прищурила глаз на свой излюбленный манер, с трудом понимая, к чему Тейт завел все эти разговоры об избранных мира сего. Не было ясно, какой именно реакции или какие мысли он пытался вызвать в ней, но в смышленой головке Вайолет вдруг родился вопрос, будто речь Тейта действительно подвела к нужной идее.
- Убийца твоего дяди, - выпалила та.
- Что? – удивился Тейт.
- Убийца Хьюго. Как думаешь, он сейчас здесь? В этом зале?
Тейт скрывал улыбку, пожевывая губу. Идея Вайолет и вправду была занятной. Сперва она показалась фантастической, как если бы маленькая девчушка заявила родителям, что за дверью в ванной ее комнаты монстр, но что-то во взгляде Вайолет заставило Тейта посмотреть на ее слова с другой стороны. Не как на шутку, а как на вполне насущную, здравую проблему. Дело не в том, что маленькая девочка заявила, что в ее ванной мифическое существо, а в том, что в ее спальне вообще никогда не было ванной комнаты.