музыкальное училище).
Комитет спасения и городская дума шли на всякие провокации, чтобы оклеветать
большевиков, старались разоружить наиболее преданные большевикам воинские части.
Чувствуя шаткость своего положения, Галин обратился за помощью в ставку: «В
Смоленске положение тревожное. Прошу вашего содействия. Смоленск как центр округа
необходимо удержать в наших руках». Он просил разрешения задержать в Смоленске
некоторые из тех частей, которые ставка посылала в Москву, где шли тогда
кровопролитные бои.
Не теряли времени и большевики. Они вели усиленную агитацию по разоблачению
Комитета спасения, готовили народ к решительной схватке. Одно из воззваний
Смоленского Совета заканчивалось призывом: «Товарищи! Организуйтесь вокруг
Совета... воля народа такова, что возврата к прошлому нет... вся власть должна перейти к
рабочим и крестьянам... всю политическую власть — Советам рабочих, солдатских и
крестьянских депутатов!»
29 октября (11 ноября) ревком созвал гарнизонное собрание полковых и ротных
командиров. Оно одобрило декреты II Всероссийского съезда Советов, назначило охрану
Совета, избрало представителей от воинских частей ДЛИ СВЯЗИ С ревкомом.
Присутствовавшие на собрании представители рабочих поддержали эту резолюцию.
Рабочие типографии отказались печатать листовки городской думы, направленные против
большевиков, и стали выпускать только большевистскую литературу.
30 октября (12 ноября) Комитет спасения перешел в наступление. Казаки окружили
здание Совета. Они расположились в садах Блонье и Лопатинском (ныне парк культуры и
отдыха). В 8 часов вечера началось пленарное заседание Совета. Обсуждался вопрос о
решениях II Всероссийского съезда Советов. С огромным вниманием переполненный зал
слушал доклад делегата съезда М. И. Смоленцева о победе Советской власти в
Петрограде, о выступлениях В. И. Ленина, о декретах, принятых съездом.
Во время доклада в зал прибыла делегация Комитета спасения. Правый эсер Казаков,
сопровождаемый двумя вооруженными казаками, предложил в течение 30 минут
освободить помещение. В противном случае, заявил он, казачьи части откроют огонь. В
ответ на этот ультиматум председатель пленарного заседания предложил делегации
удалиться. Вслед уходившим неслись возмущенные крики: «Долой предателей
революции!»
Все же часть депутатов покинула Совет. Не было единодушия и среди оставшихся 60
человек. Левые эсеры требовали разойтись, а делегаты воинских частей и рабочие —
отвергнуть ультиматум. Капитулянты из числа левых эсеров покинули заседание. В
Совете осталось 40 человек, твердо решивших сражаться с контрреволюционерами.
Рабочие послали представителей в авиационный парк, в автомобильные мастерские, в
караульный батальон и другие революционные части с просьбой о помощи.
Казачьи части, окружившие Совет, ждали сигнала атаки. За три минуты до истечения
срока ультиматума они открыли огонь из пулеметов и винтовок, а затем пошли в атаку, но,
встретив решительное сопротивление, отступили.
На помощь осажденным поспешил отряд из авиационного парка. Он сумел прорваться
сквозь цепь казаков и проникнуть в здание Совета. Видя, что придется иметь дело с
воинскими частями, враги пошли на хитрость. Они решили предложить Совету прекратить
сопротивление. Для переговоров был направлен меньшевик Шур, впереди делегации шел
левый эсер Смоленцев, арестованный казаками в качестве заложника. Но и этот маневр
врагу не удался. Большевики не поддались уговорам и на все предложения отвечали
отказом. Делегация Комитета спасения ушла, и обстрел возобновился с новой силой.
Тогда большевик Юрий Гончаров пробрался в сад, где стоял миномет, и выстрелил в
здание думы, чем вызвал панику в стане врага. В то же время по думе и зданию штаба
Минского военного округа открыли огонь батареи революционных частей, расположенные
у деревни Боровой. Снаряд тяжелой артиллерии сорвал крышу с дома, в котором
помещалась дума. К 4 часам утра следующего дня казачьи сотни были окружены
революционными частями. Караульный батальон и красногвардейский отряд 1-й тыловой
автомобильной мастерской пробивались к центру города. Узнав о наступлении
революционных частей, об их полной поддержке Совета, казаки разбежались. Через
полчаса после начала артиллерийского обстрела здания думы в Совет явилась делегация
от Комитета спасения для переговоров о перемирии.
Условия ревкома, который требовал роспуска Комитета спасения, прекращения
военных действий, немедленного освобождения арестованных большевиков, были
приняты. Но Комитет спасения нарушил соглашение и двинул казачьи части к деревне
Боровой, чтобы захватить тяжелую артиллерию, однако караульный батальон вместе с
батарейцами отбил их нападение.
Весь день 31 октября (13 ноября) шла борьба с отрядами Комитета спасения, и к
вечеру власть в городе окончательно перешла в руки Совета рабочих и солдатских
депутатов,
1 (14) ноября Смоленский Совет разослал телеграммы уездным Советам с призывом
брать власть в свои руки. Ревком занял железнодорожный узел. Были задержаны и
разоружены несколько эшелонов воинских частей, посланных ставкой в помощь
контрреволюционерам Москвы. Совет взял под свой контроль станцию Строгань (ныне
часть территории станции Колодня). Три эшелона казаков, пытавшихся прорваться в
Москву через станцию Сухиничи, также были обезоружены.
Обо всем этом напоминает установленная на здании музыкального училища
мемориальная доска.
Другая мемориальная доска сообщает о том, что здесь 11 августа 1925 года перед
крестьянами Смоленской губернии выступал вождь немецкого пролетариата Эрнст
Тельман.
Памятные места
и памятники воинской славы
ПАМЯТНИКИ И ПАМЯТНЫЕ МЕСТА ГЕРОИЧЕСКОЙ ОБОРОНЫ
СМОЛЕНСКА В XVII ВЕКЕ
Смоленская крепость
Смоленская крепость — выдающееся военно-оборонительное и архитектурное
сооружение конца XVI — начала XVII века.
Придавая исключительное значение Смоленску как важнейшему стратегическому
пункту, русское правительство приняло решение надежно укрепить ключ-город. 15
декабря 1595 года был издан царский указ о строительстве в Смоленске каменной
крепости. Для руководства строительством был прислан выдающийся русский зодчий
Федор Савельевич Конь.
Крепость сооружалась в период правления, а потом царствования Бориса Годунова,
поэтому часто в литературе ее называли Годуновской. В строительстве крепости
участвовало население не только Смоленска и Смоленского края, но и других районов
Русского государства. Для ее возведения требовалось огромное количество самого
различного материала и тысячи рабочих рук. Тесали камень, жгли известь, делали кирпич,
клали стены и башни простые люди, приехавшие сюда из самых отдаленных уголков
страны. Зимой строительный материал подвозили на санях, летом — на плотах и
подводах. Тяжелые работы не прекращались круглый год.
Сотни людей погибли от непосильного труда, недоедания и болезней. К 1602 году,
фактически за шесть лет, строительство крепости было полностью завершено.
Смоленская крепость представляла собой грандиозное сооружение. Она была
городом-крепостью. Общая протяженность ее стен составляла 6,5 километра, высота —