- Госпожа пришла. Поехали, - бросил он кучеру.
Смуглый мужчина встал, задумчиво покачивая головой, и я спросила:
- Что-то опять не так с колесом? Агата сказала, ты уже починил его.
- И да, и нет, госпожа, - он был достаточно немолод, чтобы знать порядок вещей, так что он старался не поднимать на меня взгляд, как и положено любым рабам.
- Как это понимать? - не поняла я.
Ирен, заинтересованная его фразой, тоже встала рядом, помахивая веером. Здесь, под ярким солнцем, и в самом деле становилось жарковато.
- Я бы починил, да деталей не было. Мы весь город оббегали - везде какие-то проблемы, и нужной нет и все тут. А чинить-то как-то надо, у господ же дела важные. Вот Аредо и побещал, что поможет. Это один из ваших хьети, госпожа. Молодой такой парень, частенько вам еду приносит.
Ничего странного в таком уточнении не было, господа редко помнят своих рабов по именам, а некоторые вообще запрещают таковыми пользоваться.
- Я помню его. И что он сделал?
- Вот эту деталь он и сделал, - мужчина ткнул пальцем в сторону колеса.
Я совершенно не представляла, что там за деталь, но это было и не важно.
- И он плохо сделал?
- Наоборот, госпожа, хорошо! Что-то свое он туда даже добавил, а я вот смотрю и думаю, что так оно даже и лучше будет, надежнее. Смышленый парень.
- Это который из двух? - уточнила Ирен.
- Другой. Не тот, что терся вокруг тебя весь завтрак, - хмыкнула я и сразу посерьезнела. - Поехали. Вик, тебя тоже касается.
- Да, госпожа, - отозвался Викеволь, закинул ружье на плечо и полез на козлы, занимая место рядом с местом кучера.
Глава 2. За то, кем ты можешь стать.
Еще на подъезде к зданию суда я сразу почуяла неладное. Ну, как "почуяла"... Увидела. Даже снаружи уже крутились газетчики.
- Как думаешь, - спросила я подругу, глядя на все это, - они здесь по мою душу?
Опершись рукой на мою ногу, она тоже выглянула в небольшое окошечко с моей стороны:
- Надеюсь, что нет. Но надежда мала, ты не самая неизвестная личность. Как собираешься мимо них проскальзывать?
- Не знаю… - я помолчала, пока карета останавливалась, но так ничего и не придумала. - Просто скажу, что комментариев нет. Пойдешь со мной? Можешь остаться здесь, если не хочешь светиться в прессе.
- Ну, внимание я люблю, а моему статусу даже ты сейчас не помешаешь, - без задней мысли ответила она и сразу сообразила, как это прозвучало, и смущенно посмотрела на меня. - Ой, прости, я не это хотела сказать. Имею в виду, что да, конечно, я иду с тобой!
Я с трудом улыбнулась:
- Не волнуйся, я поняла.
- Отлично! Тогда вдохни, выдохни и - вперёд! Меня в детстве мамуля всегда учила, что если приходится в ледяную воду нырять, то надо сразу прыгать, а не вползать.
Я удивлённо подняла брови, глядя на нее:
- Тебя твоя мама в ледяную воду заставляла прыгать?
- Нет, ну что ты, - отмахнулась Ирен, - это она образно говорила.
Я кивнула, в самом деле вдохнула, будто нырять собралась, и первая вышла из кареты, когда кучер открыл мне дверь. Несколько газетчиков бросились ко мне с блокнотами и карандашами:
- Как вы себя чувствуете?
- Каковы ваши прогнозы на исход дела?
- Считаете ли вы себя виновной?
Эти и другие вопросы посыпались на меня, но рядом сразу образовался Вик с оружием в руках и рявкнул:
- А ну, не приближаться к госпожам! Я имею право стрелять! - сообщил он.
Он имел в виду бумагу, которая подтверждала, что он имеет право стрелять в городе при условии наличия потенциальной угрозы для меня. В роли угрозы могло рассматриваться, что угодно, поэтому обычно это могло остудить пыл. Это немного отрезвило газетчиков, но не сильно. Они все же были уверены, что уж перед зданием суда им ничего не грозит, однако дорогу мне не перекрывали.
- Без комментариев! Никаких комментариев! - отнекивалась я, пока мы с Ирен продвигались к зданию.
Снаружи оно было выкрашено в красивые красно-золотые цвета нашей империи, а вот внутри эти цвета не складывались во флаг так явно, они просто присутствовали в местном убранстве. Здесь все, что только можно, было из красного и рыжего лакированного дерева: не самые дешёвые и очень красивые материалы. Длинный холл с красной ковровой дорожкой шел вдоль нескольких помещений разного размера, использующихся для проведения суда, и в конце подводил к лестнице на верхние этажи. У каждого такого помещения рядом справа и слева всегда присутствовали две маленькие комнатки: одна - для адвоката и его клиента, вторая - для прокурора и обвинителя, которым часто бывал один и тот же человек. Мы с Ирен, разумеется, отправились к комнате адвоката. Я надеялась, что хоть я и приехала раньше, он уже на месте.