Я тем временем тихо зашипела на соседа:
- Вы кто? Где Тадеуш Стотсон? Вы точно не ошиблись дверью?
Хотя конечно же не ошибся, он же фамилию мою назвал. Но сути вопроса это не меняет.
- Прошу вас, не бойтесь, я отлично понимаю, где нахожусь. Мистер Стотсон неожиданно отравился несвежей пищей, и он просто не мог бы в таком состоянии представлять вас в суде, - он улыбнулся мне.
Какая приятная улыбка, и знакомая почему-то.
- А я думала, что вот так вот резко невозможно сменить адвоката.
- Незаурядный случай требует незаурядных мер, - так же шепотом выдал он и теперь уже пристально посмотрел на меня.
А потом вынул из своего нагрудного кармана красную розу, словно она ему мешала, и положил ее на стол. Мой взгляд прицепился к цветку, словно ничего в мире более не существовало. В памяти что-то зашевелилось, и я внимательнее присмотрелась к внешности мужчины. Черные волосы. Карие глаза. И роза. Сон всплыл в памяти, но очень нехотя. Что уж и говорить о том, что лица я не помнила и сравнить сейчас не могла. Кажется, я на секунду стала похожа на рыбку: глаза распахнуты, рот раскрыла и молчу. Но уже через секунду я озадаченно прошептала:
- Мы не обговаривали с вами стратегию защиты.
- Нужно лишь ваше присутствие, все остальное я сделаю сам, - он кивнул мне с прежней улыбкой и снова отвернулся, слушая обвинителя.
Да он ведь даже те же слова мне во сне говорил! Я начинаю теряться в происходящем.
Обвинитель тем временем поднялся и стоя читал список моих якобы прегрешений:
- Дача взяток. Распространение контрабанды. Пособничество в хранении и перевозке сильнейшего наркотического средства кокум-валиум, в народе именуемого "кокосом". Запугивание и шантаж капитанов судов с целью заставить их помогать совершать незаконные действия. А также махинации со страховками: необоснованное завышение стоимости товара, а в дальнейшем - злонамеренное потопление своих же судов с целью получения выплат по страховым обязательствам.
Из всего списка я была согласна только с первым: дача взяток. Что поделать, в моем деле без этого никуда. Будучи владельцем банка, отец научил меня управляться с деньгами и зарабатывать. Однако, повзрослев, я не осталась в его секторе рынка, а обратила свое внимание на судоходство. Все просторы нашей великой империи испещрены сетью крупных рек и малых морей, а снаружи весь наш материк омывает Великий Океан. Воды так много, что по суше можно добраться до меньшего количества мест, нежели по воде. В итоге основной целью своей экономической деятельности я сделала судоперевозки и хранение товаров.
Ну, ладно, допустим, иногда ещё контрабанду могла провезти, не без этого. Но вот все остальные обвинения беспочвенны, при этом откуда-то у обвинителя есть какие-то доказательства. Я знаю, что они сфабрикованы, но кто бы мне поверил на слово. И что самое плохое, на меня ещё кокос повесили. Никогда не имела дел с этим наркотиком, самая большая дрянь, распространяемая с южных и восточных островов империи.
Судья кивнул обвинителю и перевел взгляд на моего "адвоката". Сейчас правилами поведения судов предписано спросить, в каких из обвинений я признаю свою вину, а потом начнутся разбирательства по тем, в которых не признаю. И судья задал вопрос моему лже-адвокату:
- Какие из перечисленных обвинений миссис Эстре признает правдивыми, мистер… э… - он запнулся.
В самом деле, незнакомец с красной розой до сих пор не представился.
- Фредерик Гольц, - сообщил он, вставая и сгребая со стола один из листов бумаги. - Прежде чем я отвечу за мою клиентку, у меня есть только один вопрос, господин судья.
Он вышел из-за стола и неторопливо отправился к нему:
- Что на вашем счету делает вот эта значительная сумма, переведенная вам от лица миссис Эстре вчерашним днем?
Он положил бумагу прямо перед его носом и ткнул пальцем в одну из строчек в документе. В зале повисла тишина. Никто ничего не понял, только я: меня решили подставить окончательно. Убрали моего адвоката, мою последнюю надежду, и вот пришедший вместо него вколачивает последний гвоздь в крышку моего гроба. И я почти в панике схватилась за оставшиеся на столе бумаги и посмотрела, что он там ещё с собой принес. Но хотя со стороны они и казались официальными бумагами, при внимательном рассмотрении я увидела, что написана там полная белиберда. Серьезно. Словно шут в одежде короля. И вот тут уже я ничего не поняла. Как это должно утянуть меня на дно?
Тем временем, воспользовавшись общим непониманием и молчанием, лже-адвокат продолжил, поворачиваясь в мою сторону:
- Прекрасный ход, миссис Эстре. Вы сумели подкупить самого неподкупного судью в нашем городе! - он направился ко мне, опустился ладонями на мой стол и навис, замер непростительно близко перед моим лицом. - Как у вас это получилось?