— Смотрим дальше, пока они не возвратятся, а утром пойдем на завод, глянем, что они искали. Следов будет море. Всё очень непонятно, особенно, как волк общается с рысью, — он в задумчивости начал всматриваться в сторону леса и уверенно добавил. — Чует мой зад, что в скором времени мы увидим сигнальную ракету от Лесника. Наблюдение усилить и на всякий случай, автоматы на взводе. Может, придётся пострелять по собачкам, хотя, конечно, шуметь сейчас нежелательно.
— А ты отстреливал волков?
— На границе от скукоты, баловались со снайперской винтовкой. Жаль, что сейчас её нет. Поверь, сдыхают, как и все. Кстати, сколько их было? Тринадцать и вожак?
— Да, и рысь.
— Значит, в лесу осталось, как минимум ещё штуки три и щенята. Это большая стая.
— Башкир, а как мыслишь, что они здесь ищут?
— Зачем гадать, утром узнаем, — и, повернувшись к наблюдателю у окна, спросил, — Вован, что там?
— Пока тишина. Как только, так сразу дам маяк. Отдыхайте, пацаны.
Ночная сиеста, длившаяся около часа, была прервана тихим словом «идут». Волки возвращались той же цепочкой и в том же составе. Только теперь они шли не назад в поле, где их заметили, а последовали вдоль бетонных плит забора и скрылись за поворотом, направившись в сторону города.
— Башкир, ты что-нибудь понимаешь?
— Только одно. На заводе они не нашли то, что искали. Ложимся спать, уверен, днём всё узнаем.
Как только за окном утренняя серость начала прогонять мрак, дверь на станции открылась и из неё по одному, оглядываясь по сторонам, вышли пять вооружённых людей, держа свой путь к железнодорожному въезду завода. В отличие от волков, здесь первым шёл вожак. Следы на непросохшей земле, оставленные стаей, не мог заметить только слепой. Направление было очень знакомо, отпечатки лап вели прямо к лаборатории. А спустя пятнадцать минут из здания появился ещё один человек, уже без оружия, который направился в сторону города, целью которого было узнать всё о ночном визите диких собак к людям. Двое остались дежурить на станции.
Территория вокруг подпольного цеха, словно грязный капот автомобиля утром по которому всю ночь лазали коты, была вся изрешечена следами ночных гостей из леса. С первого взгляда они казались хаотичными, но острый взгляд Башкира сразу определил их системный порядок. Несколько волков, скорей всего охранники, пару раз обошли здание и вставали на задние лапы, опершись передними на металлическую решетку, пытаясь заглянуть в каждое окно. Троица слабых и старых нашла своё место в стороне, где лёжа на земле, наблюдала со стороны за происходящем. Чуть поодаль от стены расположились самки, выстроившись в ряд, на расстояние метров семь друг от друга. Они явно были взволнованы и не стояли, как вкопанные, оставив отпечатки от круговых движений на месте. Но «бригадира» больше всего интересовал вожак, его следы должны быть крупнее остальных. Он внимательно рассматривал все имеющиеся на фасадной стороне, когда его окликнули с другой стороны здания:
— Башкир, они были внутри. Иди, сам посмотри.
Форточка на одном из окон была разбита, а рядом на земле вместе с осколками стекла лежала деревянная палка около метра в длину.
— Как они это сделали? Это же не обезьяны.
— Сейчас узнаем, — уверенным тоном ответил Башкир.
Взяв древко в руки, он начал пристально рассматривать его, заметив рядом под окном искомые большие следы вожака. На одном конце четко просматривались вмятины от крепких волчьих зубов. Повертев её пару раз в руках, вывод был готов.
— Надо признать у него сильная шея. Он взял её здесь, — Башкир показал пальцем на отметины от сжатой челюсти, — затем передними лапами встал на решётку и, вывернув голову, положил палку на этот прут, как направляющий, вот, кстати, следы, а потом головой начал стучать ею по стеклу. Умный, гад. А дальше за своё дело взялась рысь. Она пролезла сквозь решётку, затем в форточку и попала внутрь, поэтому здесь уже делать нечего, пойдем в лабораторию, посмотрим, что там. Двое останутся на входе.
Ключи от дверного замка металлической двери, появились из внутреннего кармана куртки и, зацепив крышку ствольной коробки автомата, звонко зазвенели, повиснув на указательном пальце.
С первого взгляда казалось, что в помещении всё осталось, как и перед закрытием, лишь постоянно поддерживаемую идеальную чистоту заменил слой пыли, сразу ударивший в нос, а порядок остался неприкосновенным. Всё было на своих местах. Включив свет, они разошлись по всему помещению.