— Покатит. Благодарю. Но в «Приюте», коли не возражаешь, будет работать мой старший брательник Василий. Ему по некоторым причинам полезно сховаться в укромном местечке. Отсидеться… Кстати, на литье повернут. Так что памятники собачьи не будут проблемой.
— Лады. На том и порешим.
Около семи вечера появилось искреннее желание побывать на дне рождения племянниц, но я его подавил — бизнес превыше всего, необходимо дождаться Кису с известиями.
Тот появился только к десяти. По лучащейся самодовольством физиономии Купидончика я враз просек, что с заданием он справился.
— Все путем, Монах! — заявил Киса, плюхнувшись на диван и доставая свой заветный серебряный портсигар. — Пыхну децал, а то умаялся вконец.
— Можешь. Если это пагубно не отразится на твоих умственных способностях и не повредит речевой аппарат.
— Обижаешь, Михалыч… — Киса закурил папиросу и замолк, загоняя пахучий терпкий дым на самое дно легких. — Так вот. Слушай сюда. Европейско-Азиатская Корпорация структура серьезная. Уставной фонд пятнадцать миллиардов рублей. Прославились как кровожадные ростовщики и вышибалы долгов. Работают под прикрытием азербайджанской группировки. Генеральный директор Иван Альбертович Камаев. Вот его данные. — Киса торжественно положил передо мной исписанный блокнотный лист. — Рабочий и домашний телефоны, адрес, состав семьи. Ездит с шофером-телохранителем на «Мерседесе-600».
— Тачку на ночь где оставляет?
— В курсе. Перед своим домом на частной платной автостоянке, принадлежащей той же ЕАК. С Михаилом Килиным, владельцем ресторана «У Миши», Камаев в дружеских отношениях. На чем основанных — выяснить не удалось. Офис ЕАК занимает два этажа в здании бывшего горсовета…
— Стоп. Достаточно пока. Идея уже народилась. Будем действовать прямолинейно-грубо. Метисы вроде Ивана Альбертовича хорошо понимают лишь мышечный интеллект…
Я решительно придвинул к себе кисину маляву и набрал домашний номер генерального директора ЕАК.
— Вас слушают. Говорите, — раздался в телефонной трубке мягкий, чуть протяжный голос.
— Слушать мало. Надо слушать внимательно, Иван Альбертович.
— С кем я разговариваю? — Тон на том конце провода стал сух и резок, вмиг потеряв свою первоначальную мелодичность.
— Вам звонят искренние друзья. Из «Пирамиды». Нам бы очень не хотелось, чтобы вы либо ЕАК пострадали чисто по незнанию обстановки. Делимся информацией: определенные круги не желают дальнейшего существования кабака «У Миши». И не суть важно, по каким мотивам. Михаилу Килину предстоят крупные платежи — пусть платит. Любая отсрочка исключается, будь вы хоть десять раз его другом. Деньги вам понадобятся, принимая во внимание серьезные убытки вашей корпорации…
— О чем вы говорите?! Какие еще убытки?..
— Это узнаете, Иван Альбертович, в самое ближайшее время. Если посчитаете малоубедительным и не послушаетесь дружеского совета, мы предпримем более радикальные меры, и никакие азеры вам уже не помогут. Желаем всего доброго!
Я положил телефонную трубку и, взглянув на Кису, вздохнул.
— Ну, чего ты опять не понял?
— Михалыч, про какую «Пирамиду» ты говорил?
— Не слыхал разве про эту группировку?
— Слыхал. Много даже. Крутые ребята, но их никто не знает. Призраки какие-то.
— В том и суть. Использовал их фирменный знак для понта. Имидж у них серьезный и, думаю, даже ЕАК связываться с «Пирамидой» не захочет. Я вообще иногда сомневаюсь — может, никакой «Пирамиды» и не существует в природе? А этим именем просто прикрываются несколько разных банд?.. Ладно. Вернемся к нашим баранам. Ты с Цыпой сляпаешь сегодня материальный ущерб ЕАК и лично Камаеву. Чтоб он не принял наш разговор за шутку идиота или розыгрыш. Я с самого начала планировал сжечь его колеса, а раз они паркуются на стоянке ЕАК — тем более нам на руку. С тачкой генерального директора сгорят и другие; корпорация вынуждена будет возместить ущерб погорельцам… Короче — Цыпа, достань из подоконника «эргедешки» и отправляйтесь с Кисой на дело. Гранаты швыряйте под бензобаки. Чем больше разнесете машин — тем лучше…
В отсутствие ребятишек мы с Фунтом засели за нарды и так увлеклись азартом — хотя ставка была всего лишь десять долларов, — что очнулись только с появлением боевиков.
Мальчики доложили, что акция прошла успешно. По их прикидкам, сгорело никак не меньше дюжины автомашин. Свидетелей, а в связи с этим и человеческих жертв, нет.
Мы выпили водки за то, чтобы наш «аргумент» генеральный директор воспринял достойно — с пониманием, без плебейского озлобления, философски, как и положено деловым и умным людям без комплексов.