Погони не было. Гусары бросились грабить обоз. Мы подъехали к берегу небольшой реки. Враг не отрыл огонь. Более того, к их берегу подошёл офицер и громко представился. Иван Заруцкий, член Правления Курляндской Меховой компании. Я встречался с ним несколько раз. Наши совместные предприятия процветали. Я тоже спешился и подошёл к реке. Он уже знал от пленного, кто едет к реке и решил пропустить нас. Заруцкий предложил нам выстрелить в воздух, перезарядиться, если хотим, и перейти реку в брод, без помех с его стороны. Что ж, пожалуй, это выход. Клубы дыма от выстрелов покажут противнику в лагере, что на реке идёт бой. Разумно. На него никто не подумает. Стреляем, перезаряжаемся и входим, ломая тонкий лёд в холодную воду. Хорошо, что речка маленькая и не больно глубокая. Даже наша пехота сможет переправится. Раскланиваюсь с Заруцким, и тот прощальным салютом даёт холостой залп из своих пушечек. Алиби у него в кармане.
Место действия: Лондон.
Время действия: январь 1601 года.
Виктор Вайс, попаданец.
Пребывание в Лондоне натолкнуло меня на несколько любопытных мыслей. Вот интересно же голова устроена у человека. Может сто раз проходить мимо какого-то предмета и ничего, а тут идёт, увидел и выстроилась эта самая цепочка в мозгу. И от одного к другому натолкнуло на замечательную идею.
Пони мы увидели на одной из улиц этого грязного, как и море в порту, города. Мусор везде, вонь от гниющей рыбы и ещё чего-то не менее мерзкого. Ну, да ладно. Пусть живут в грязи и болеют. Туда им наглам и дорога. Так про пони. Она тут была, чтобы детей катать. Сажают малыша на мохнатую лошадку, и она по кругу ходит привязанная к столбику, что забили в землю. В землю, в землю. Большинство улиц в этой столице мира не замощено и после дождя, как сейчас, идёшь как по мокрому вспаханному полю. Грязь. Ну, да говорил уже.
Вот тут мне и пришла в голову мысль. Я ведь моряк… Был моряком. Да, как давно это было. Морской корпус, Санкт-Петербург, 11 и 12 линии. Молодость. Выпускной бал… Эх, опять понесло.
Так про мысль. Нам же преподавали историю развития флота. И вот там между парусным флотом и настоящими пароходами был интересный загиб, про которой быстро забыли. К морским судам он не имеет никакого отношения. Пользовались таким движителем только на реках. А в России матушке в основном на Волге. И движителем являлись лошади. А суда назывались коноводными.
Сначала лошадок пытались заставить работать, пуская их по кругу, но вскоре от этой идеи отказались, лошади быстро уставали, а судно получалось слишком широким. Этот кусок мы пропустим, нечего чужие ошибки повторять. А ведь хорошо нам вдолбили эту историю. Стоило мне закрыть глаза и всплывают строчки, записанные в конспекте: «В 1811 году французский механик Жан-Батист Пуадебар изобрёл специальный ворот, приводимый в движение лошадьми (такой ворот называли кабестаном)…». И уже вскоре такие суда ходили по Волге и Каме.
Второй толчок таким кораблям стало изобретение непрерывной ленты, по которой шли лошади. Этот движитель стал более эффективным. Но самый лучший получился, когда эту ленту разместили под небольшим углом. Теперь лошади как бы немного в гору приходилось идти. Размеры при этом ещё уменьшились, а эффективность увеличилась.
Да, есть минус у таких судов. Там ведь сначала нужно на лодке занести вперёд якорь. Лошади потом только подтягивают судно к этому якорю. Потом их стали делать два и завозили вперёд поочерёдно. И скорость таких судов заметно увеличилась, и до тридцати миль за сутки вверх по Волге матушке проходили.