Выбрать главу

За океан отправился мой товарищ Анджей Кмитиц. Я отговорил его от мести за смерть его друга Дмитрия, царя России. У Анджея же всё на лице написано. Не сможет он к новому царю подобраться. Вот, Кира — другое дело. Эта актриса любого мужчину за нос проведёт. Так что поехал Кмитец за океан к своей «просто Марии»…

Для производства штыков-кинжалов к мушкетам и штуцерам я пригласил за хорошее жалование в Себеж учеников немецкого мастера Якуба Капелуса. Его мастерская уже много лет выпускает охотничьи кинжалы, вставляемые в дуло охотничьего ружья для добивания зверя на безопасном расстоянии. Как раз, то, что нужно для армейских стволов немного разного калибра. Никакой мороки. Технология с рукоятью на легкий конус отработана годами. Кинжалы качественные, крепление надёжное.

Эх, заняться бы развитием Компании, да некогда. Нужно идти на войну. И против кого? Против русского царя! Это же уму не постижимо. Я, плевавший на царских ставленников во время русско-японской войны… Я, с разрыванием сердца наблюдавший за бесцельной гибелью сотен русских солдат и моряков… Я, сорвавший в знак протеста свои офицерские погоны… Я теперь что? Сам буду проливать реки русской крови из-за борьбы за трон?

Как по мне, то и Борис Годунов был неплохим царём. И его сын Фёдор стал бы таким же. А уж Дмитрий Иванович и вовсе был хорош для России. Умный, смелый, не кровожадный и спокойный. Золото, а не царь. Но уж слишком он рьяно взялся за дело преобразований России. И бояре, и церковь, и дворяне, и москвичи — все ополчились против него.

За то, что отменил на Юге на десять лет взимание налогов с казачества; за то, что пообещал царским и черносошным крестьянам волю; за то, что разрешил для всех крестьян переход к другому хозяину в Юрьев день; за то, что запретил потомственное холопство (рождённый от холопа и холопки теперь становился вольным); за то, что повелел в судах наказывать воевод и дьяков за мздоимство (вымогательство) и взятки; за то, что принимал подданных и помогал решить их проблемы; за то, что отменил для дворян телесные наказания, а для всего русского народа — смертную казнь; за то, что ввёл в Думу худородных казачьих атаманов и волжских купцов; за то, что объявил свободу торговли, промыслов и ремесел, снял ограничения на въезд и выезд из России, сделав ее открытым государством; за то, что отменил запреты и ограничения на песни и пляски, скоморохов, игру в шахматы.

Неплохим он был царём — не отдал полякам ни клочка русской земли. И под Папу Римского Православную Русскую Церковь не отдал. Дмитрий на столетие опередил своё время. Был слишком добр при проведении реформ, поэтому и не стал Петром Первым этой эпохи.

Место действия: Смоленск.

Время действия: июнь 1606 года.

Сигизмунд Ваза, польский король.

Нет в России твёрдой власти. На Юге казаки хозяйничают, на Севере — шведы. Вот, из-за шведов мы и разорвали с Русским царством мирный договор. Шуйский, как и предыдущий царь, не выполнил обещание. Будем Смоленск силой брать. С наскока не получилось. Измором возьмём.

А из Москвы мне интересное письмецо пришло. Какой-то боярин из купцов просит моего одиннадцатилетнего сына Владислава на царство. Мол, Шуйского, сгоним и будем снова дружить и Польшей и с Папским престолом. Хорошо бы, но…

Они же Владислава заставят веру сменить, а это невозможно. К тому же, если царевич поедет со свитой малой, то все важные посты в России думные бояре разделят. И будут править от имени малолетнего царя. А потом и изведут. Виданое ли дело? Московиты трёх царей за два года сменили. Какая вера может быть их словам?

Возьму Смоленск и сам на московский престол сяду. Только об этом пока не след говорить. Пусть на моего сына пока надеются. Будем тянуть волынку, как говорят шотландцы!

Место действия: Рига (Курляндия).

Время действия: июль 1606 года.

Лупольд фон Ведель, глава курляндского ландтага, дядя попаданца.

Каждый флейт Компании прибывший из Нового Света с бобровыми шкурами приносит хорошую прибыль. В Виргинию по решению Виктора Вайса перестали переселять английских бродяг, проституток и каторжан. Теперь туда едут поселенцы из России и Белой Руси, разбавленные прослойкой ремесленников и охотников из Европы.