Как ни высматривал орлиным взором, идущую и постоянно возрастающую армию Сотников, такая яркая и броская Алена никак не попадалась ему на глаза. После это то, что она реальная ведьма уже верилось на все сто или даже двести!
Мысли об этой златокудрой красавице навязчиво лезли в голову и мешали думать. Правда несколько походных и тоже очень недурных девиц у княжеского шатра увивались. Они считались служанками, но могли оказать и иную, более желанную услугу. Как-то это не считалось грехом, а шло в зачет работой. Во всяком случае, походный батюшка ничуть не возражал, повторяя очень мудрые слова:
- Богу один раскаявшийся грешник, угоднее сотни праведников коим и каяться не в чем.
Когда же Алексей напомнил слова Христа: "что всякий смотрящий на женщину с вожделением уже прелюбодей в мыслях". То священник очень логично заметил:
- Господь мудр и милосерден. Он легко прощает грехи, вызванные слабость человеческой плоти. А вот иное типа измены Православию и Родину прощению не подлежат. Так что не мучайся отрок - служи Отчизне и будут пусть даже твои грехи как алая кровь - убелит Всевышний Отец.
После этого Алексей стал чаще креститься, подумав, что все же наши преедкие вовсе не такие несносные ханжи. А на самом дела мудры, понимая, что на первом месте у человека должна быть Родина, а потом все остальное.
Пятнадцатого мая под Торопцом встали в засаду. Семи тысячный отряд конных рейтар и ляхов угодил в "мешок". Бой выдался ожесточенный, но скоротечный. Алексей на сей раз ударил почти сразу же, тем более у противника не было ни пушек, ни пехоты. А мощный и меткий огонь русской артиллерии выбил лучших вражеских бойцов уже в самые первые минуты.
Тем не менее, Сотникову немного не повезло - получил таки шальную пулю в живот. Причем возможно по ошибке или преднамеренно попал кто-то из своих. Ранение для Алексея не смертельное, но простой смертный особенно в средние века от подобного "подарка" вряд ли задержался бы в бренном теле.
Но пришлось снова уйти в ментальную медитацию, а Алена, которая лишь во время боя сбросила "плащ-невидимку", осталась присматривать за ним. Армия быстро продвигалась и раненый главный мечник сидел в позе лотоса на специальной, сделанной для перевозки раненых телеге с обшитыми мягким мехом колесами. Алена время от времени смазывала страшную рану, своим секретным настоем и с радостью, отмечала, как быстро она подсыхает и рубцуется.
Алексей же сначала увидел стан "тушинского вора". Лжедмитрий при сообщении об полном уничтожении армии Кернозицкого впал в ярость. Три часа подряд "царик" бил все кто попадался под руку и жутко сквернословил, причем перемежая ругательства в адрес людей с грязным богохульством.
Затем последовал приказ сжечь до тла пару ближайших сел, а всех жителей перебить не щадя даже младенцев.
Царик напомнил, что Чингисхан почти поголовно истреблял население даже сдавшихся ему городов и поклялся превзойти Тамерлана - сложив после взятия Москвы высоченный холм из голов, казненных жителей.
В припадке ярости Лжедмитрий напоминал своим брызганием слюны эпилептика и действительно казался безумцев.
Затем, когда ярость его окончательно вымотала, царик потребовал себе дорогого столетнего вина - утешения слабых личностей. После нескольких чарок убойной выдержки свалился со стула и прямо на полу захрапел. Пан Лисовский как главный военный представитель предлагал было снять блокаду и всеми силами двинуться на Скопина-Шуйского, но ложный царь похоже надолго вышел из игры.
А в стане короля Сигизмунда известие о поражении восприняли достаточно спокойно. В самом деле, чего бесноваться, если армия готовиться к генеральному штурму города - после чего пятьдесят тысяч ляхов и их наемников смогут, развязав себе руки двинуться к Москве. Польский король Сигизмунд из-за седины казался старше своих лет, но выглядел достаточно бодро. Стефан Баторий не сумел предать престол своему сыну. Отчасти это случилось из-за недовольства Ватикана. Почему-то бывший воевода Семиградья и победитель царя Ивана не захотел вести с Россией новую войну, да о походе против ослабевшей после смерти султана Мюрата и речи не желал вести.
Наоборот Стефан Баторий решил повернуть на Запад, заключив с фактическим правителем России Борисом Годуновым длительный мир. Поговаривали даже о союзе славянских государство против Запада, или даже совместных действиях с Османской империей. Действительно Россия и Речь Посполитая за полгода играючи раздавили Швецию. А если еще к ним присоединиться и Турция сможет ли обескровленный протестантскими войнами, и раздираемые междуусобицами Запад им противостоять. Ватикан и орден Иезуитов это очень волновало. Тем более, что Испания сначала потерпела поражение в войне с Англией потеряв "Непобедимую армаду". Франция совсем обескровилась в ходе войны между семейством Гизов и Бурбонами. А в Германии смертельно резались лютеране и католики.