Смена в поликлинике шла своим чередом. Среди документов и результатов анализов попалась и справка из детской инфекционной больницы. Вклеила всё в карту Лизы, и невольно задержала взгляд на графе — родители. Лукиных Владислав Олегович, в сотый раз прочла заветные буквы, что друг за дружкой просачивались в самую глубь сердца. Синие глаза, волевые черты лица, упрямые губы, тёмные, чуть взъерошенные волосы. За стальным и неприступным фасадом скрывалась ранимая и добрая личность, не лишенная чувства юмора и вкуса.
Только я, как обычно попала в просак. Да, это я принимаю отцов за бандитов, раскидываю продукты по асфальту и целую во время дружеского ужина. Про эротический сон вообще думать не хочу.
Энтеровирус в этом сезоне похоже решил посвирепствовать, так как госпитализировано с моего участка оказалось ещё десять детей. С прочими болезнями всё по графику — ветрянка, корь, скарлатина. Надо бы самой что-нибудь для профилактики пропить, чтобы не схватить вирус и не заразить бабулю. На вызовах народу оказалось не так много, поэтому домой вернулась раньше.
— У нас закончился стиральный порошок и средство для мытья посуды, — огласила с порога ба, и я удрученно вздохнула.
— Хорошо, схожу в магазин, только выпью чаю сперва, — потёрла ладони друг о дружку.
Зима полноправно вступила в свои права на пару с декабрём. Термометр на улице опустился до минус двадцати, а снег радовал по вечерам нас, но не дворников. Так и слышала по утрам тихий мат гастербайтеров за уборкой сугробов. Я их жалела лишь за то, что им не суждено до конца вкусить прелесть девственного снежного покрова из-за тяжелого и порой неблагодарного труда.
Чай с брусничным листом и клубничным вареньем зашёл на ура. Пару минут взирала на зубчик чеснока, стоит ли потребить его прямо сейчас?
— Ешь! Вирусов полно на улице, особенно в магазинах и в транспорте, — бабуля прошаркала к холодильнику.
— У меня с собой антисептик, — отказалась я, понимая, что данный факт ни о чём ей не говорит.
— Видала я твой антисептик. Вон скока народу померло в двадцатом году, — пробурчала старушка и села напротив с банкой мёда в руке.
— Дашь немного в чай? — и придвинула ей чашку.
Чай с брусникой и мёдом больше расслабил, чем взбодрил. Сейчас бы в тёплую одёжу и под одеялко с любимой книгой.
— Туалетной бумаги ещё возьми, — обламывала мои желания ба. — Там один рулон остался. Лучше заранее взять, чем потом опростоволосится, когда прижмёт.
В этот раз оделась потеплее. Когда не нужно общаться с пациентами и коллегами, то вполне сойдёт обычный комбинезон, пуховик и шапка-ушанка. Я бы и валенки обула, если бы моль не слопала их в бабулином шкафу.
Чувствуя себя колобком и в безопасности, вышла на улицу. Снег приятно хрустел под ногами, а снежинки погибали на моём лице, оставляя мокрый след. До промтоваров идти пришлось в обход, так как основную дорогу к нему перекрыла аварийная бригада, вырыв котлован. Да, всё как по графику — первые морозы к первым коммунальным авариям. Спасибо, хоть вода в доме на месте.
Идя длинным путём, старалась не думать о более тяжелом обратном, так как, судя по заявке бабули тащить придётся немало. Магазины уже вовсю готовились к новогодним праздникам. Украшен торговый зал, соответствующая музыка из динамиков, праздничный ассортимент.
Притормозила возле новогодних игрушек, которые изрядно приподняли настроение. Может в этом году сменить дизайн и нашей с бабулей ёлки? Я конечно уважаю её советские игрушки и блестящий дождик в иголках, но хочется чего-то более эстетичного и консервативного. Представила, как предложу ей свою идею и меня погонят поганой метлой. Октись!
— Говорят, год дракона нужно встречать в ярких и металлических тонах, — донеслось совсем рядом, и я обернулась. Знакомая иголка кольнула под грудиной.
Влад стоял за моей спиной, слегка покачивая детскую коляску, в которой сладко сопела Лиза. Щёки мужчины румянились после мороза, пуховик расстёгнут, а шапка потерялась в недрах коляски. Глаза чуть сверкают под гнётом магазинных ламп. Засмотрелась, забыв родную речь.
— Привет, — поприветствовал первым, заметив мою глупую растерянность. — Ищешь игрушки на ёлку?
— Здравствуй, — взяв наконец себя в руки, мотнула головой. — Нет, но хотелось бы. Ба меня на завтрак слопает, если её игрушки окажутся не востребованы в этом году.
— Её игрушки? — отец Лизы широко улыбнулся. — Круто, советские шарики и фигурки. Прям детство вспомнил. Пару раз получал по ушам за разбитые шары.
— Я видимо не все разбила, — тоже засмеялась я.
— Если тебя это так удручает могу предложить украсить мою ёлку, — пожал плечами Влад.