Я смотрю на свой латте с нарисованным на пене сердечком и провожу ногтем по нему. Мое сердце разбито на две части, так почему бы и этому не быть таким же?
Как по команде, в моей голове раздается голос отца, когда я вернулась домой на выходные из колледжа, жалуясь на парня. Или, точнее, на бывшего парня.
— Малыш, есть мужчины, а есть мальчики. Иногда их трудно отличить друг от друга. Помнишь, в Библии говорится о волке в овечьей шкуре?
Когда я киваю, он продолжает.
— Так вот, некоторые мальчики работают именно так. Они хорошо маскируются, и для того, чтобы их распознать, может потребоваться учиться на своих ошибках.
Во мне поднимается гнев, смешиваясь со стыдом, и я тихонько признаюсь:
— Я сделала с ним глупость.
Я подарила этому долбоёбу свою девственность. Не могу вымолвить ни слова, ни встретиться с папой взглядом, боясь, что увижу его разочарование или, что еще хуже, отвращение ко мне.
Я нервно провожу рукой по ручке кружки с кофе, и он кладет ладонь на мою руку, останавливая мои движения.
— Александра, посмотри на меня. — Его голос спокоен, и я набираюсь смелости, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Ты попалась на его уловки. Пока ты учишься на своих ошибках, ты должна забыть об этом. Постоянная ругань себя ни к чему хорошему не приведет.
Выдохнув с облегчением, я молча киваю.
Папа склоняет голову набок, прищурив глаза.
— Ты ведь не отдала этому куску дерьма свое сердце, не так ли?
Улыбка почти вырывается на свободу, когда он использует ругательство.
— Нет, папа.
Он делает все возможное, чтобы не ругаться при мне. Всегда говорит: «У меня есть только одна дочь, которую я должен стараться воспитывать изо всех сил. Поэтому должен стремиться стать для нее лучшим человеком во всех отношениях».
Он заметно расслабляется от моего ответа.
— Хорошо. — Папа подтверждает это кивком головы. — Это очень хорошо.
Мужчина опускается на свободное место напротив меня, вырывая меня из воспоминаний. Вздрогнув, я оглядываюсь по сторонам, гадая, не принял ли он меня за кого-то другого.
Одетый в темно-серую рубашку на пуговицах и черные брюки, он наклоняется вперед, опираясь предплечьями на стол. Его голос звучит тихо, и мне приходится напрягаться, чтобы расслышать его на фоне шумной деятельности кофейни.
— У меня есть информация, которая может тебе пригодиться.
Каждая молекула в моем теле напрягается, потому что акцент этого человека невозможно перепутать. Русский.
Я стараюсь сохранить спокойствие и непринужденность.
— О чем именно?
Его улыбка острая.
— О человеке, который отдал приказ о… несчастном случае с твоим отцом.
Я не сразу отвечаю, и, судя по мимолетному замешательству на его лице, это застает его врасплох.
Мужчина оглядывается по сторонам, а затем устремляет на меня пристальный взгляд своих глаз.
— Послушай, у тебя есть возможность устранить человека, отдавшего приказ.
Он делает паузу, чтобы дать мне это понять.
— Я думаю, это будет важно для тебя после такой потери.
Я сжимаю губы так сильно, что они болят. Меня гложет, когда люди беспечно говорят о том, как трудно справиться с потерей, когда они сами с этим не сталкивались. Иначе они не стали бы говорить об этом в такой непринужденной манере.
— Зачем ты мне это говоришь?
Мой скептицизм не может быть незамеченным.
— А что тебе за это будет?
— Мой босс — человек, который не любит незаконченных дел… или болтунов. — Его взгляд буравит меня, создавая впечатление, что он пытается проникнуть глубоко в мою голову. — Это выгодно моему боссу, главе Орекской Братвы, и тебе, если ты решишь это сделать.
— И если решусь? — спрашиваю я.
— Тогда он будет считать это подарком.
Я выдерживаю его жесткий взгляд, отказываясь отводить глаза, и подергивающийся нерв возле его левого глаза говорит мне, что это действует ему на нервы.
Его слова звучат приглушенно, но в них легион отвращения и негодования.
— Это дело рук Сергея Виноградова, и он будет сегодня вечером на своей яхте.
Глаза сверкают коварными намерениями, мое сердце чуть не выскакивает из груди, когда он добавляет:
— Он собирается снова выйти в море, в отпуск, поэтому с ним не будет его обычной охраны.
Почти ленивым движением он поднимается со своего места, аккуратно задвигая его. В два шага он добирается до меня и ждет, когда я встречусь с ним взглядом.