Та рассыпалась пёстрыми лоскутами, которые обернулись бабочками и закружились вокруг Лисы, сплетая вокруг неё искрящийся кокон. Следом кресла и удобные диваны взвились вверх стайками разноцветных мотыльков, и вся комната наполнилась шуршанием тысяч крыльев. Лиса кричала не умолкая, перед глазами мельтешила удушливая пестрядь. Потому неё сильно закружилась голова, и она почувствовала, что летит куда-то.
— Бежим! Лиса, очнись, бежим отсюда! — орал на ухо белый от страха Макс, волоча её за руку к выходу. Боб бежал впереди, рыча и то и дело подскакивая, чтобы хоть немного разогнать мельтешащих перед ними бессчётных мотыльков. Следом тупал Генерал Хомяк, всхрапывая и мотая головой — бабочки лезли ему в глаза похлеще слепней или москитов.
Но едва они выскочили в коридор, как тёмные стены сузились, а через мгновение и вовсе рассыпались чёрными бражниками размером с кулак, и Лису чуть не затошнило. Она подхватила замешкавшегося кота, который уже успел помять и зажевать пару-тройку противных мотыльков, и сейчас из его пасти торчали вздрагивающие лапки, и подтолкнула Макса к ступеням лестницы:
— Туда, наверх!
Они взбежали на второй этаж. Генерал Хомяк с жалобным ржанием сперва заметался по гостиной, но потом, набравшись храбрости, затупал вслед за детьми по ступеням.
Как Лиса и думала, на втором этаже оказалось с десяток комнат. Макс на бегу подёргал ручки первых двух дверей, но они оказались заперты. Зато третья распахнулась, едва он к ней прикоснулся.
Втащив за собой сопящего Генерала Хомяка, дети захлопнули дверь и осмотрелись. В небольшой комнате было светло и солнечно. Лёгкий бриз, влетая через открытую балконную дверь, позвякивал подвеской китайских колокольчиков, подвешенной над дверью. У глухой стены стоял большой рабочий стол, заваленный стопками исписанных бумаг и книг. Внимание детей привлёк портрет в резной деревянной рамке.
Снова зазвенели колокольчики. Лисе показался смутно знакомым этот перелив, и она в замешательстве потёрла лоб.
Но тут краска на двери подозрительно зашевелилась, обои на стене пошли рябью, а Боб угрожающе завыл. Лиса ощутила, как бешено заколотилось его сердце - да и сама она была на грани паники. Она затравленно оглянулась - и увидела единственный их путь спасения.
— На балкон! — скомандовала она Максу. — Будем прыгать вниз!
— Ты с ума сошла, мы руки-ноги сломаем! — воскликнул Макс, но сестра решительно вытолкнула его наружу, а следом за ними на балкон протиснулся и перепуганный Генерал Хомяк.
Они замерли на балконе, в изумлении озираясь. Не было ни поляны, ни даже чёрного леса — дом со всех сторон оказался окружен водой. Он стоял в в центре озера, и только вдали можно было различить призрачные очертания берега. Никто из детей от изумления не мог ни слова обронить, и в воцарившейся тишине лишь доски опасно поскрипывали под тяжестью лошади. Макс повернулся к Лисе и уже открыл рот, чтобы что-то спросить, но тут балкон все же не выдержал их общего веса, затрещал и с грохотом обрушился в воду. Вслед за этим весь дом распался на мириады крылатых пёстрых насекомых, которые облаком поднялись над водой.
Лиса ушла в воду с головой и едва не захлебнулась. Первым, что она увидела , вынырнув, была падающая на неё балконная балка. Лиса в ужасе сжалась, но балка распалась на фрагменты и растворилась, как будто её и не было. Девочка оглянулась в поисках Макса. Рядом, вытянув голову над водой, крутился Генерал Хомяк, кося глазом. В седло каким-то образом вскарабкался кот Боб и теперь, дрожа и чихая, вцепился когтями намертво в кожаную обтяжку. Макс бултыхался рядом.
У них не оставалось другого выхода, как добираться к берегу.
Дети плыли рядом с Генералом Хомяком, уцепившись за ремни от стремян, а кот Боб впился когтями в луку седла и не переставал орать ни на минуту. «Как он не охрип ещё», — подумала Лиса и в сотый раз пожалела, что ей пришла в голову идея взять с собой кота. Толку от него было никакого.
Наконец они выплыли на мель, и уставший Генерал Хомяк, увязая по бабки в иле, медленно зашагал к берегу. Лиса наконец тоже нащупала ногами дно и остановилась.
— Макс, подожди! — крикнула она брату. — Давай отдохнём немного, смотри как Генерал Хомяк тяжело дышит.
Максим, которому вода теперь доходила до подбородка, выпустил путлище и немного притормозил мерина. Тот остановился, благодарный за неожиданную передышку. До берега, впрочем, оставалось немного. В закатных лучах Лиса разглядела полоску чёрного песка вдоль скалы, окрашенной заходящим солнцем в цвет зимнего апельсина.
— Где мы? — услышала она голос брата. — Лиса, нам это снится?