Утолив первый голод, Лиса рассказала о приключениях, выпавших на их с братом долю. Домипортандр слушал внимательно, изредка перебивал, что-то уточняя или переспрашивая. На небе начали зажигаться первые звёзды, Макс уже отчаянно зевал, а кот Боб и вовсе спал, свернувшись у него на коленях, и только Лиса говорила и говорила, рассказывая всё без утайки.
— Думаю, ваш отец у Хозяйки. Это в её духе. Пока ваш отец у неё, она сама питается страхом вашей матери.
Лиса замерла и посмотрела на Домипортандра. Потом нахмурилась, вспомнив, как мистер Хэмиш просил её не пускать посторонних в дом. А сейчас мама была так далеко — и совсем одна... А что ещё ихуже, второй день срока подходил к концу...
— Я должна... Мы, — она глянула на осоловевшего Макса, — должны вернуть папу домой. Мы не уйдём отсюда без него!
Домипортандр молчал, лишь смотрел на неё внимательно и задумчиво, словно взвешивал какое-то важное решение.
— Вы... — Лиса замялась, но потом отбросила в сторону робость, — вы сможете нам помочь?
Вождь бросил взгляд в сторону озера, где над водой уже всходила огромная оранжевая луна, и побарабанил по столу тонкими нервными пальцами.
— О какой помощи ты просишь, добрая Лиса? Всё, что мы можем: позаботиться сейчас о вас и утром провести на юг, до границы песков. Дальше мы не пройдём, там слишком жарко и совсем нет воды. Мы погибнем в течение часа. О, если бы только мы могли!
Домипортандр резко вздёрнул голову. Глаза его заблестели, а руки сжались в кулаки.
— Если бы мы не были так привязаны к воде и прохладному климату, если бы от этого не зависела напрямую наша жизнь — я бы сам добрался до Неё и убил, клянусь, убил бы Её! И пусть после этого я бы лишился дара чувствовать живое — но я исполнил бы долг перед своим народом и своим миром!
Он резко выдохнул, понурил плечи и съёжился, как будто вместе с энергичной речью из него вышел весь воздух.
Когда он заговорил снова, голос его звучал тихо и монотонно.
— Она знает, что мы не можем пройти в Изменённые Земли. Знает — и пользуется этим. Присылает серых птиц, они приносят письма от Неё — требования и приказы. И забирают дань. И срок дани уже совсем скоро, а наши руки пусты...
— Но, — голос вождя снова зазвенел, — сегодня к нам пришли Хранители, и я верю пророчеству. Поэтому мы отведём вас на юг так далеко, как только сможем. Раньше там была благодатная и щедрая земля, шумели густые леса, полные жизни. А сейчас — только царство Хозяйки. То есть — ничего. На юге стоит чёрный мёртвый лес. Если Она где-то и устраивает свои коконы, то только там.
— Коконы? — Лиса обмерла, вспомнив паутинную «шаль», в которую куталась мама с началом болезни.
— Да... — Домипортандр с сочувствием посмотрел на неё. — Ты уже видела её паутину, верно? Свои жертвы Хозяйка окутывает в коконы, и... В них происходит превращение... Вовсе не волшебное, если честно.
— Но... когда?..
От волнения перехватило горло, и Лиса закашлялась.
Вождь грустно кивнул.
— Ты сама знаешь ответ. У тебя есть время до завтрашней ночи. Потом ты их уже не вернёшь.
Неожиданно с близлежащих сопок до них донёсся звук горна. Протяжный и высокий, как вой северного ветра, он заставил Домипортандра встрепенуться, а Лиса увидела, как челулы, до этого безмятежно отдыхавшие на камнях, быстро спрыгнули в воду, как стрелы, выпущенные из лука.
— В пещеру! — закричал Домипортандр и принялся трясти задремавшего Макса за плечо. — В укрытие, немедленно! Надвигается песчаная буря!
Неожиданно быстро он пополз наверх, подгоняя перепуганных детей и с тревогой глядя на небо, где внезапно померкли звёзды.
На верхней террасе обнаружилась цепь небольших пещер, в одну из которых вбежали дети, а следом вполз Домипортандр и быстро закрыл вход толстой, плетёной из тростника циновкой. Убедившись, что Макс не упустил Боба, Лиса с тревогой спросила, что будет с Генералом Хомяком, и вождь незамедлительно её заверил, что челулы скорее пожертвуют собой, чем допустят, чтобы пострадал Хранитель.
Снаружи уже завывал ветер, в обложенную камнями циновку то и дело ударяло порывами сухого песка. Домипортандр с облегчением выдохнул: успели вовремя!
Углы пещеры заплетали лозы какого-то растения, горящего тускло-красным потусторонним светом. С помощью Домипортандра дети обнаружили выдолбленные в стене ниши, застеленные циновками и сухими, мягкими на ощупь водорослями. Боб сперва настороженно принюхивался, но вскоре расслабился, вскочил на охапку водорослей, пошуршал немного, устраиваясь поудобнее, и блаженно засопел.