Генерал Хомяк, стоя по бабки в воде, негромко заржал при виде своих приятелей: было заметно по его задранной высоко голове и навостренных ушах, что и ему хотелось бы поиграть, но лезть глубже он не решался. Челулам уже с самого утра пришлось повозиться с ним: Генерал Хомяк постановил, что очень сильно соскучился, и поэтому с первыми лучами солнца потребовал доставить его к Максу любой ценой. Он бегал вдоль скользких прибрежных скал, неспколько раз пытался сойти к воде самостоятельно, но копыта скользили и Генералу Хомяку приходилось марать офицерский мундир и позорно отступать. Терпеливым людям-улиткам пришлось устелить циновками всю тропу, начиная от входа в посёлок и до последнего скользкого камешка на берегу, но зато теперь капризный Хранитель мог сунуть свой любопытный нос куда только ни пожелает. Он пожелал купаться. Солнце уже начало припекать, а шуба на Генерале Хомяке была зимняя, густая, как у полярного медведя, с плотным подшёрстком, и коню было очень жарко.
Озёрная рябь постепенно вынесла Макса на мелководье, и он сел на песке. Генерал Хомяк подошёл к нему, обнюхал и ласково подышал в макушку. Лизнул. Максим встал на ноги и принялся оглаживать мерина. Тот вопросительно фыркнул, и Максим рассмеялся: придёт, придёт твой Боб! Кот ясно дал понять, что к овощному рациону он не готов, а одним молоком сыт не будешь, поэтому с утра ушёл добывать себе местных мышей, и привязчивый компанейский Генерал Хомяк, за время путешествия привыкший к четырёхлапому приятелю, скучал теперь и по нему. Кроме того, он явно беспокоился за Лису, но тут уж Макс ничем не мог его утешить, потому что сам переживал не меньше.
Рано утром, узнав, что Лиса ушла в лес с неизвестно откуда взявшимся компаньоном, Домипортандр нахмурился и ничего не сказал, что только усилило беспокойство Макса. Вождь отправил нескольких челулов по примерному маршруту охотников, однако прошло уже несколько часов, и никаких вестей не было ни от них, ни от Лисы с Грегом.
На скалу выполз Домипортандр, приветливо помахал Максиму. Его лысина отсвечивала на солнце, как золотая монета, и Макс хихикнул.
— Ты голоден, — утверждающе сказал Домипортандр. — Я распоряжусь, чтобы тебя сытно накормили.
Макс энергично закивал. Он всегда был голоден. Ему даже показалось, что дома его постоянно недокармливали — ну, или же кормили не тем, что так вкусно готовили челулы. Удивительное дело: здесь он ел овощи! Дома мама постоянно воевала с ним из-за этого, высчитывала дневную норму чуть ли не с калькулятором и заставляла съедать до крошки всё это пресное, бесвкусное, но почему-то полезное. То ли дело у челулов — здесь мяса не знали, но кому нужно то мясо, когда у них такие овощи и фрукты, что все рецепторы стонут от удовольствия! А ещё рыба, так вкусно приготовленная на огне в каких-то пряных листьях, что Макс вчера безбожно объелся. Он воодушевлённо подумал, что надо будет выведать рецепты у Домипортандра и научить маму — и тут же вспомнил, что мама больна, а сегодня к ночи истекает срок, озвученный мистером Бруксом. И Лиса ушла ещё когда, и до сих пор никаких известий...
Тень тревоги набежала на его лицо.
— Ав-ваак! Ав-вааак! — донёсся с воды пронзительный крик.
Макс оглянулся и едва не подпрыгнул от неожиданности.
Метрах в двух от него, на мелководье, вольготно разлёгся маленький ваком. Вывалив покрытое глянцевым мехом брюшко, он с силой ударял по воде перепончатыми лапами и радостно вскрикивал, когда разлетались искрящиеся на солнце брызги.
Заметив, что Максим смотрит на него, ваком встрепенулся и резво пополз к берегу — лапы его ещё были слабы, чтобы перемещаться на них на суше. Как Максим видел вечером, детёнышей в воду относили на спинах родители.
Макс рассмеялся и сделал шаг к маленькому вакому, но в этом момент за его спиной раздалось глухое рычание.
Крупная самка, ощерив клыки и набычив голову, стояла метрах в пяти от Макса, и выражение её глаз не обещало ничего хорошего.
Мальчик замер, не зная, как реагировать сейчас, чтобы ещё больше не разозлить растревоженную мамашу. Бежать от зверя было слишком рискованно, но и стоять столбом — тоже.
— Осторожно! — крикнул ему Домипортандр и прыгнул со скалы в озеро, но Генерал Хомяк оказался проворнее.
Он коротко взвизгнул, прижал уши — и прыгнул между самкой вакома и Максимом. Та, устрашённая размерами невиданного доселе животного, резко сменила тактику — спрятала клыки и, покорно склонив голову, попыталась просто пройти к воде. Но там стоял Максим, поэтому мерин принялся заступать ей проход, шаг в шаг повторяя её перемещения. Если она приближалась слишком быстро, мерин прижимал уши и отбивал задним копытом: Макс вспомнил, что у прежних хозяев Генерала Хомяка обучали работе с рогатым скотом. Теперь он, вообразив, что ваком - это просто водоплавающая корова, постепенно оттеснял её в озеро, но в сторону, подальше от Макса. Так через пару кругов он сместил самку в безопасное для Максима место, поставив себя как естественную преграду между ним и мамашей с детёнышем. Та, в свою очередь, воссоединившись с малышом, и думать забыла о Генерале Хомяке и Максе.