— Это возмутительно! Вы с ума сошли! Люди! Все смотрят! Как Вы можете! — дар речи вернулся не сразу, а когда вернулся, его носительница стала способна только на шипение. Не очень смелое, стоит признать к своему стыду. Мужской запах, словно окутавший, окунувший меня в себя, здорово мешает протестовать. — Отпустите меня немедленно! — ни на одно из моих восклицаний на его лице не дрогнул ни мускул. Как шёл, так и идёт. Будто вообще меня не слышит. Вот же! — пожалуйста, отнесите меня к мистеру Куперсу.
Ответом мне послужил вопросительный взгляд.
— Мебельная мастерская. Вот она. Пожалуйста, мне бы не хотелось ещё больше злоупотреблять Вашей добротой, передайте меня его заботам, будьте любезны, — пробормотала, не отрывая взгляда от белоснежного уголка ткани, с любопытством выглянувшего из-под сюртука.
Ну что за невезение! Может на меня порчу навели? Почему неприятности вот уже который день сыплются на меня, как из рога изобилия? Почему я не встретила его во всём своём блеске? В красивом платье, при макияже и причёске.
Когда граф переступал порог мастерской, я была напряжена и натянута, как гитарная струна. Даже для видимости не получалось принять более расслабленный вид. Оставалось только хватать влажный воздух пересохшими губами.
— Это что ещё за новости? — приподнятые седые брови и приспущенные очки с вопросительным взглядом поверх них. Мистер Куперс даже газету отложил на прилавок. Конечно. Здесь-то новости явно интереснее. — Милая, я никогда не сомневался в твоей женской привлекательности, но чтобы лорды тебя доставляли ко мне на руках! Это что-то новенькое!
Я открыла было рот…
— Здравствуйте, мистер Куперс. Дама попала в беду и настояла, чтобы я доставил её именно сюда. Всё в порядке? — вот же! Лорд! Дама здесь что, вместо тумбочки? Неприятно, когда при мне же, обо мне же, и в третьем лице.
— О! В полном, мой мальчик! В полном порядке! Спасибо, что доставил в целости и сохранности. Как я понимаю, наша дама самостоятельно передвигаться не в силах? — начальник явно насмехался. Как-то едва-едва. Поверхностно что-ли. Почти неуловимо.
Но я-то старика хорошо знаю. Вышел из-за прилавка и про кофе свой забыл. Жестом указал моему спасителю на кресло для посетителей.
Мой герой. Хмм. Мой герой? Ну вообще-то да. Ещё какой герой. Упасть не дал, на улице не бросил, на работу донёс. Герой. Конечно не так, чтобы мой, но герой-то мой.
Создатель! Что за чушь лезет в голову!
Герой аккуратно усадил меня в кресло. В дамском романе бы сейчас написали, что он заколебался, будто не хотел отпускать. Но где я, а где дамские романы. Там обычно сплошь возвышенные, безупречные красавицы, к тому же непорочные девственницы.
По всем статьям мимо. Да и мой герой не очень-то и колебался, даже гляди-ка, будто вздохнул с облегчением, стоило избавиться от драгоценной ноши в моём лице.
Пора подать голос!
— Мистер Куперс! Простите за эту сцену! Что-то случилось с моей ногой! Ну, то есть она заболела. В смысле, не сама заболела, а я что-то с ней сделала. Ой! В смысле не специально сделала… Она сама, то есть само… ой…
Лучше бы молчала и дальше! Честное слово. Какая к демонам вежливость, если в голове каша, в мыслях розовый туман, а нос будто до сих пор нюхает этого умопомрачительного мужика!
— Я понял, успокойся. Я всё понял. Болит нога, — никакого сочувствия. В глазах старого насмешника так и плещется веселье!
— Мистер Куперс! — от возмущения я задышала носом.
— Не фырчи! Ты ведь не сможешь теперь работать. Тааак. Робби, мальчик мой, ты сможешь помочь моему ценному кадру? — надо же, когда это меня с подсобницы возвели до целого ценного кадра? И как я могла это пропустить?
— Если мисс позволит осмотреть её ногу, — стоит такой, весь невозмутимый, будто и не держал меня только что на руках. Ну конечно! Создатель! Это ведь я тут лужицей расплылась, а у него жена какая красотка! Я ей даже близко не чета. И не удивительно, что он испытал облегчение, спустив меня с рук. Мужчины, у кого в жёнах такие красавицы, вообще должны всех других женщин воспринимать как нечто бесполое. Вот где любовные романы. А я тут – герой… эх. Только не моего романа.