Только учитывая моё состояние в последнее время, постоянную тревожность и страх, свою принадлежность к высшему свету приятно вспомнить.
А может, всё здесь бросить, взять Лифиссу и поехать к родителям? Броситься в ноги к отцу и молить его защитить нас? Сомневаюсь, что люди, от которых я столько натерпелась в последние недели, сунутся в Дэнэмуд. Сам город далеко, а родительское, одноимённое ему поместье, надёжно укреплено. Один только отец чего стоит. Кресс Линкрад, барон Дэнэмуд. Его считают очень сильным боевым магом. Излюбленная папина стихия — огонь. Мне часто кажется, что именно он течёт по его венам вместо крови.
Этот вариант я оставлю на крайний случай.
Когда мистер Леметр предложил переместиться в гостиную, его решение встретило общее одобрение.
— Граф Баррэм, мы могли бы поговорить? Дело деликатное, касается Вашей работы, — с этими словами я подошла к мужчинам, дождавшись паузы в разговоре.
— А Джули, глупышка, переживала, что вы не поладите. Я рад, что у вас, дети, есть общие темы, хоть и такие… современные. Эх, молодость. Идите в библиотеку, — махнул рукой целитель.
Библиотека встретила нас приятным, интимным даже, полумраком. Почти сразу я забыла, зачем здесь оказалась.
Сперва, с запозданием, вспомнила о том, как сильно нарушаю приличия такой беседой. А потом и вовсе полезли неприличные мысли. Присутствие этого мужчины напрочь лишает меня навыка думать.
Сопроводив даму к креслу у притенённого тёмной тюлью окна, сам граф занял соседнее. Уютное царство книг, вопреки здравому смыслу, на деловой лад отнюдь не настраивало. Собрав в кучу мысли, роящиеся вокруг руки предполагаемого собеседника, которая совершенно свободно скользнула к шее, ослабила узел шейного платка и расстегнула пуговку рубашки… почти физическим усилием я заставила себя перевести взгляд на кофейный столик с брошенным журналом по целительству.
Этот, такой противоестественный для леди жест, так естественно производимый лордом напротив, меня взбудоражил ровно настолько, насколько возмутил. Воспитание маменьки готовило меня к тому, что, когда будет наступать необходимость в исполнении супружеского долга, супруг будет меня навещать исключительно облачившись в надлежащий вид. Раздевание, ровно как и одевание, недопустимо при посторонних. Слишком интимный процесс. Кому, как не носителю титула графа, об этом известно. Следовательно, леди он меня не считает.
Что невольно напоминает о его недавнем предложении.
— Вы ведь не передумали о чём-то мне поведать? Мне, право, неловко вам мешать, но может всё-таки поделитесь тем, зачем мы здесь собрались?
Я отвесила себе мысленный подзатыльник. Почему в присутствии этого человека я постоянно впадаю в онемение, отупение, оглушение? Причём сразу во всё.
— Простите. Дело в том, что сегодня я столкнулась с человеком, державшим меня на складе, — достав из кармана карандашный рисунок, я протянула его собеседнику. — Я подумала, что это может быть полезно для вашего дела.
Нетерпеливо развернув листок, несколько мгновений он изучал его.
— Вы знаете его?
— Впервые видела.
— Как вы поняли, что это он? Как узнали? — Роберт неуловимо изменился за несколько секунд. Красавчик граф, вертевший в руках сигарету, куда-то исчез, и его место занял ищейка. Подобрался, напрягся. Глаза загорелись интересом. Расслабленность как рукой сняло.
— Сперва я узнала его по голосу, потом он увидел меня, узнал. И заговорил когда, тоже сказал, что больше не сбегу… — нечаянно голос сорвался, и я всхлипнула. Руки мелко затрясло, сцепив их, я почувствовала, как они холодны.
— Демон подери! — рявкнул он, а я оторвала взгляд от собственных рук и посмотрела на него, удивившись такой реакции. И чего он на меня орёт! Ещё и выражается. Совсем охамел! Мало того, что почти разделся при мне, так ещё и орёт! И выражается! Я, конечно, понимаю, что он меня за леди не считает, но это уже чересчур!
— Ну, знаете ли! — попыталась было я, вставая…
— Вы только сейчас об этом рассказываете?! Почему не рассказали сразу? Почему не отправили вестник? Молчали весь день! Да как вам вообще удалось унести оттуда ноги? — усадив меня назад за плечо, продолжил орать.