— Третья. Авторская версия!
— Да, да... — выдохнула она, почти захлёбываясь от волнения.
— Я очень увлечена Виктором. Наверное, я его люблю. Всё время думаю о нём. Иногда мне становится страшно — вдруг я забываю про себя? Боюсь, что однажды забуду насовсем... Мы из разных миров, социальных слоёв, культурных кодов. Это очень непросто, потому что мы всё воспринимаем по-разному. Ты знаешь, что такое по-настоящему жить в благополучии и богатстве? — спросила я Таню.
— Нет, — честно ответила она.
— Вот и я не знаю. Такое ощущение, что ты живёшь в мире, где всё красиво и сказочно, но ты там чужая. И ощущение это — постоянное.
Мы замолчали. А потом Таня сказала...
— Но ты можешь выстроить свой мир.
— Могу, но будет больно, — ответила я.
— Но это того стоит.
Я пообещала Тане отправить фотографию Виктора — чтобы она совсем уж обзавидовалась, — и мы попрощались.
Сразу стало легче. Потому что я наконец вслух сказала те мысли, которые давно сидели внутри, как туман, что рассеивался этим утром. Мне оставалось только идти по городу, заглядывать в витрины, вспоминать свои мечты.
– Будет больно, — повторяла я себе.
Но это того стоит.
Глава 16. Вчерашний суп
После разговора с Таней я шла по улице, погружённая в свои мысли. Вспомнила, что давно хотела увидеть Москва-Сити. Почему я всё откладывала? Если я действительно хочу изменить свою жизнь, пора перестать бояться и начать действовать. И не упускать ни одной возможности, которую может предложить мне Москва.
Не раздумывая, я спустилась в метро, доехала до станции «Деловой центр» и, выйдя из вагона, словно попала в другой город. Всё вокруг было иным — успешным, сильным, уверенным в себе. Люди в костюмах, строгих пальто и на дорогих машинах. Все спешили, разговаривали по телефону, решали дела на ходу. И никто не оглядывался. Даже курьеры с желтыми рюкзаками за спиной органично вписывались в эту картину.
Но я приехала не за этим.
Я хотела увидеть небоскрёбы.
Они были выше, чем я могла себе представить. Стеклянные башни уходили в небо, как будто его не существовало вовсе. Голубые и синие стены отражали небо и сливались с ним. Я стояла и смотрела вверх, пока не закружилась голова. И вдруг поняла: в этом мире действительно нет предела. Можно подняться так высоко, как только захочешь. Подняться туда, где ты раньше даже не смела мечтать оказаться.
И я впервые почувствовала — у меня тоже есть путь.
Я спустилась к Москве-реке и долго сидела на пристани. Летом здесь катают туристов на корабликах, но сейчас всё было пусто — только чайки, сырость и влажный воздух. Ветра почти не было, но от воды тянуло холодом. Я чувствовала, как замерзаю, но уходить не хотелось. Хотелось досидеть до последней мысли.
Потом я поняла, что ужасно проголодалась. Вспомнила про вчерашний суп, который остался в холодильнике, и собралась домой. Весь путь назад я грелась в вагоне метро и представляла, как наливаю себе горячую тарелку.
Вернувшись домой, я сразу прошла на кухню. Достала кастрюлю, поставила на плиту и включила газ — разогрею сразу всё, чтобы с добавкой. Суп был простой, но после холодного города он так вкусно пах! Я с жадностью съела две тарелки и, сытая и довольная, плюхнулась на диван, положив ноги на журнальный столик.
Было уже около четырёх, когда Любовь Геннадьевна, ещё сонная, спустилась из спальни.
— Чем это пахнет? — спросила она, принюхиваясь.
— Я разогрела вчерашний суп. Хотя, если честно, это не совсем суп… Пришлось сварить его из того, что я вчера нашла в холодильнике. А из этого нормальный суп не сваришь.
Любовь Геннадьевна открыла кастрюлю, заглянула внутрь и, недолго думая, вылила остатки себе в тарелку. Села за барную стойку и начала есть.
— Лерочка, мне определённо нравится твой суп, — сказала она с полным ртом.
— Спасибо.
— Где ты научилась готовить?
Я пожала плечами:
— Дома, с мамой. Я же из деревни.
— Я тоже живу в деревне, но готовить так и не научилась.
— Думаю, наши деревни немножко разные, Любовь Геннадьевна. Во всяком случае, в моей люди говорят без милого прованского акцента.
Любовь Геннадьевна доела суп и теперь сидела, лениво размахивая ложкой, будто дирижировала остатками дня. Я в это время листала галерею на телефоне — искала хоть одну фотографию Виктора, чтобы отправить Тане. Но не могла найти. Ни одной. Неужели, я не сделала ни одного селфи с этим красавчиком за эти дни? Я даже не знала, есть ли у него соцсети. Хотя, наверное, если и есть — там тысяча поклонниц. Мысленно я закрутилась в этих догадках, но из них меня вывела Любовь Геннадьевна.