Спустя два часа, даже Игорь не выдержал и начал дразнить ее:
– Радуг и единорогов побольше рисуй, тогда точно счастья полные штаны будут.
Мы рассмеялись. Мила закатила глаза и ответила:
– Конечно, самовлюбленный зануда. Но я не с тобой общаюсь, вообще-то.
Игорь уже не слушал ее, и продолжил украшать свой торт дальше.
Я сидела рядом с Милой и старалась вылепить розы на своём торте. Кажется, выбор декора оказался слишком сложным, потому что мне так и не удалось красиво его украсить. Но сдаваться пока я не собиралась: не страшно, слеплю их чуть меньше, чем задумала.
И тут меня осенило. По краям идеально подойдут листочки! Они как раз будут начинаться с краю и плавно перейдут на середину. Может быть их слепить золотыми? Красный с золотом хорошо сочетается. Или спросить у Милы?
Посоветоваться стоило:
– Мила, скажи пожалуйста, каким цветом лепить листочки к моим красным розам?
На миг Мила расцвела, но тут же взяла себя в руки и её по-детски открытое лицо стало серьезным. Прищурилась, оглядела мой торг, отодвинулась и задумчиво произнесла:
– Я думаю, тебе нужно добавить ещё два цвета в декор.
– Целых два? – рассмеялась я от неожиданности. – Я со вторым-то цветом определиться не могу, а ты предлагаешь взять ещё и третий?
– В кулинарных шоу, – важно кивнула Мила, – рассказывали, что для нарядного торта нужно как минимум три цвета. А они знают!
Она снова посмотрела на мой торт, прищурив глаза.
Я тоже начала разглядывать свой торт, в надежде добиться какого-то откровения. Даже прищурилсь, как Мила. И увидела расплывчатое очертание приближающегося Димы. Боже, неужели он снова собрался стучать по краю стола. Он сел рядом, вскинул свои барабанные палочки, но вдруг замер.
– Что ты делаешь сегодня вечером? – спросил он между делом.
– Ещё не знаю, Дима, – не отрывая взгляда от торта, произнесла я. – Сейчас меня интересует только мой торт.
Дима сидел и настойчиво смотрел на меня, но я сделала вид, что не замечаю этого.
– О придумала! – радостно воскликнула Мила и начала ерзать на стуле. – Можно сделать надпись темно-синей, а листочки золотыми или серебряными. Это будет просто волшебно смотреться на белом фоне.
– Я тоже подумала про золотые листочки. Спасибо, Мила! – сказала я и поторопилась к холодильнику за золотой мастикой.
Открыла дверцу, присела на корточки, чтобы разглядеть все полки – может ещё какой интересный цвет найду, но к холодильнику кто-то подошел. Я подняла голову и увидела Диму. Он смотрел сверху вниз все так же настойчиво. Я почувствовала себя неловко, но постаралась улыбнуться:
– Как твой торт, Дима?
Кажется, он даже не услышал мой вопрос. Не меняя выражение лица, он обошел дверцу холодильника и сел рядом со мной на пол. Барабанные палочки он сжал так, что побелели костяшки кулаков.
– Лера, давай встречаться!
От неожиданности я уронила коробку с мастикой.
– Так просто?
– А что тут такого? – уставился на меня Дима.
– Ты видишь меня четвёртый день.
– И что?
Ситуация показалась мне смешной и грустной одновременно. Диме было лет девятнадцать, я чувствовала ответственность за свои слова. Но в то же время меня пугала его уверенность в том, что отношения можно начать так легко.
– У меня уже есть мужчина.
– Да, – протянул он. – Тебе придётся его бросить!
Приняв решение за меня, этот наглец ни капельки не смутился. Он даже не подумал, что я могу ему отказать.
– Дима, я старше тебя на пять лет, – попыталась я отговорить его.
– Моя мачеха старше на восемь лет, моему папе пятьдесят два. И никто по этому поводу не парится, – он развёл руками и удивленно приподнял брови.
Вместо ответа я встала и пошла обратно к своему торту, села на стул и долго смотрела на него.
Слова Димы не давали мне покоя. Такое ощущение, что он не понимал всю серьезность ситуации. В его мире не было преград и запретов. Как сказать нет, столь уверенному в своей правоте человеку? Может быть, это подростковый максимализм? Ему всего девятнадцать. Его воспитывали в условиях, совершенно непохожих на мои, и люди, о которых я даже не имею представления. Что если в его окружении такое поведение считается нормой?
Ответа я найти не могла и решила сосредоточиться на розах. Лепила, как получается, лепесток за лепестком. Как ни странно, они стали получаться все лучше, поэтому я решила оформить весь свой торт только красными розами.