Сценарий вечера повторялся буквально слово в слово. Были рассказы про Прованс и французских соседей. У нашего стола собирались красивые дорогие люди, подходили с приветствиями, иногда задерживались и делились новостями. Было ощущение, что я снова нахожусь в гуще событий и мир вертится вокруг нашего стола.
Из ресторана мы вышли, когда на улице стало совсем темно и мягкий свет фонарей освещал улицу. В такси Виктор прижимал меня к себе и игриво напоминал о моих словах произнесенных утром, но этим сильно изводил меня. Он так ничего и не ответил на моё случайное признание в любви, но, казалось, был чрезмерно рад этому. Будто выиграл спор или в лотерею. Все это походило на игру, правила которой устанавливает он.
Вот бы крикнуть сейчас: «Почему ты мне не отвечаешь?»
Но я чувствовала себя подавленной и разбитой. Усталость и потребность выспаться сделали меня слабой, и я мечтала только о теплой кровати и мягком одеяле.
Глава 28. Ветер в лицо
Холодный ветер врывался в тёмную спальню так, что тюль подлетала в воздухе. Тусклый свет с улицы делал комнату мрачной и тусклой, будто в ней никто не жил. Меня окутало страшное пронизывающее чувство и я начала судорожно искать Виктора.
Обернулась, разворошила одеяло, окинула взглядом всю комнату. Где же он? Что могло произойти? Надо его найти?
Я встала с кровати и, дрожа от холода, пошла на цыпочках в гостиную, но у двери наступила в бордовую лужу. От неожиданности я отдернула ногу.
«Такого быть не должно!» – прозвучало в моей голове.
Но что это тогда? Сжимая в руке дверную ручку, я наклонилась, намеренно прикоснулась к луже ногой и уловила в воздухе тонкие нотки любимого вина Любови Геннадьевны. Его непостижимо роскошный запах дополнял образ идеальной женщины Виктора так сильно, что они стали одним целым. Наверное, Виктор с ней. Надо их найти, здесь не должно быть так холодно.
Стряхнув вино с ноги, я пошла дальше. Крепко вцепившись поручни, медленно начала спускаться по лестнице. «Надо было одеться», – ругала я себя за рассеянность, но снова увидела следы пролитого вина. Надеюсь, это было оно, потому что о реальном происхождении темной лужи я могла только догадываться.
В гостиной, как и везде, было темно и пусто. Открытые настежь окна давали холодному ветру врываться в гостиную, трепать тюль. Меня вдруг пронзило острое чувство одиночества. Казалось, воздух стал совсем морозным и колючим, я вся сжалась. Стоя в одной футболке посреди гостиной, я тряслась от холода. Правда, почему-то мне совсем не хотелось закрывать окна.
Гостиная казалась совсем чужой, именно так я себя чувствовала здесь последние несколько дней. Я застыла, увидев узкую полоску света из-под двери в ванной комнате, и тут же бросилась к ней, стараясь не поскользнуться на разлитом вине. Дернула за ручку двери, но она не поддалась – лишь выскользнула из моих рук. Я с недоумением посмотрела на ладонь: снова что-то темное и липкое. Я попробовала ещё раз, но мокрая ручка прокручивалась в моих ладонях.
Тогда я намотала на ручку край футболки и что есть сил надавила.
«А что если мне туда не нужно? – промелькнула мысль у меня в голове и я остановилась. – Что если там Виктор?».
Страх тут же подавил во мне все мысли. Всплеск тревоги и отчаяния нахлынули холодной волной. Я начала трясти и колотить в дверь, звала Виктора. Наконец я выдохлась и от злости ударила по двери кулаком. Она чуть приоткрылась.
Опасаясь своих самых страшных догадок, я отошла на расстояние вытянутой руки, толкнула и распахнула дверь настежь. Мои ноги подкосились, и я навалилась стену рядом с собой.
В первый раз за все это время я захотела убежать отсюда. Исчезнуть.
В большой белой ванне, полной красного вина, лежал Виктор. На полу валялся его поварской китель весь в бордовых пятнах. Кажется он вытирал им пол. Руки когда-то самого дорогого мне человека, были все в вине и безвольно свисали с краев ванны. С пальцев медленно срывались густые бордовые капли.
Он скользнул по мне холодным взглядом и нырнул в ванную с головой. Вынырнув обратно, он резко взглянул на меня, будто ждал, что я действительно исчезну. Затем вытер с глаз вино и снова уставился на меня. Холодный взгляд и его дежурная улыбка заставили почувствовать себя лишней.
– Тебя здесь быть не должно, – надменно произнес Виктор.
Я почувствовала кромешный ужас и безысходность, единственным вариантом для меня было исчезнуть. Шаг за шагом я начала отдаляться от двери, но ноги стали невероятно тяжёлым, я с трудом их передвигала, тело не слушалось, темнота гостиной сгущалась над головой и я начала проваливается в темноту…