Моё сердце сжалось, я смотрела в пустоту и не могла понять столь жестокое отношение к себе и Софии.
– Виктор действительно играл мной. Я это чувствовала, но была по уши влюблена в него.
– Лера, я вижу.
Мы смотрели друг на друга, София взяла меня за руку и я почувствовала её тепло.
– Надо двигаться дальше. Лера, не сдавайся, – она легонько сжала мою руку, улыбнулась и добавила. – Ты голодная? Могу предложить жареные яйца.
Я молча кивнула, хотя, после рассказа Софии, мне совсем не хотелось есть. Зато я захотела стать сильнее, научиться жить по-новому, а не становиться для кого-то очередной игрушкой.
София заглянула в холодильник, достала яйца и опираясь на барную стойку сказала:
– Тебе надо поесть, вот увидишь, станет легче, – София улыбалась, и её мимические морщинки на глазах стали глубже. – Итак, – она сделала серьёзный вид, – тебе яйца дожаренные или не очень?
– Не очень!
– Отлично, я тоже такие люблю.
София жарила яйца, а я допивала кофе.
– Мне очень нравится эта коллекция антикварных чашек, она твоя? – спросил я, желая узнать о Софии больше.
– Да, как и эта квартира. Мы с Виктором называли её маленькой Францией.
Она покружилась и огляделась:
– Но это в прошлом, сейчас у меня большой дом в Подмосковье и маленькая мансарда в Париже.
Она разложила жареные яйца по тарелкам и мы начали есть.
– Лера, что ты собираешься делать дальше? – спросила София с озабоченным видом.
– Сегодня уезжаю к подруге. Я очень хотела сбежать до твоего приезда, но не успела.
– Да, я очень страшная, – хитро улыбнулась София.
– Вовсе нет! Но.. Да, в моих представлениях ты была монстром.
Мы рассмеялись. София собрала тарелки, помыла их и вытерла руки полотенцем.
– Знаешь, я за тебя спокойна. Дима так просто за кого-то не просит, – она многозначительно улыбнулась. – Тебя отвезти к подруге?
Я рассказала ей о своих планах и попросила подбросить до торгового центра. София с радостью согласилась, ей было по пути. Всю дорогу мы общались, я рассказала о своих приключениях в Москве, а она узнала в них свой далекий опыт в Париже. На прощание София, оставила мне свой номер, я обещала позвонить, но предупредила, что наша встреча будет совсем по другому поводу. Тогда у меня появилась вера и желание стать такой же сильной и свободной.
Долгое время я сидела на лавочке в торговом центре. Мысли о Софии не рассеивались и витали в моей голове. Этот день подарил мне новую жизнь и я сделаю все, чтобы правильно ей воспользоваться.
Глава 32. Тебе нужен добрый и работящий муж
– Лера, Лера, проснись!
– А?
– Мне пора на работу, ключи на столе, еда в холодильнике. Две верхние полки мои, ешь что захочешь. Нижняя, Азиза, он скоро вернётся. Ты работала с ним в ночную смену, потом вспомнишь. Ну все, пока.
Послышались торопливые шаги Марьям, жужжание застегивающейся молнии на сапогах и резкий поворот ключа в замочной скважине. В квартире стало тихо, временами из кухни доносился злобный рык старого холодильника. Меня нравилось спокойствие и желание провести это утро в лёгком забвении.
Я закрыла глаза и погрузилась в прозрачную синеву моря. Не чувствуя своего тела я плыла под водой к лучам восходящего солнца, оставляя глубоко на дне мрак прошлого. С каждым движением я приближалась к ослепляющему свету и все громче издалека доносился ритм R&B.
Это что, музыка?
Женский вокал завывал на всю квартиру, и я поморщилась от внезапного пробуждения. Оказывается, я успела задремать.
Я встала, увидела в огромном зеркале своё сонное помятое лицо, забрала волосы в хвост и пошла на кухню. Как только открылась дверь, в нос ударил стойкий запах лапши быстрого приготовления, за ним последовал ошеломленный взгляд Азиза. Он выключил звук и продолжил смотреть на меня. Мне было не по себе, с большим трудом я пыталась вспомнить его.
– Откуда ты здесь? – спросил он.
– Вчера вечером приехала.
– А разве ты не с шефом живёшь? В цехе только об этом и говорят.
– Как видишь, нет! – выкрикнула я и почувствовав жгучую обиду.
Слухи расползлись, а я даже не могла вспомнить парня находившегося со мной на кухне. От злости мои щеки покраснели, пристальный взгляд прожигал дыру в голове Азиза. Он утопил ложку в бульоне с лапшой и медленно, почти не шевелясь начал есть. Опираясь на дверной косяк я приходила в себя.