– Дима, я позвоню.
Мне было сложно прервать разговор, гложило чувство вины. Закрыв глаза я тихо простонала от боли которую причинила Диме, но я нуждалась в дистанции, его контроль пугал меня.
Стараясь смириться с мучительным чувством вины, я выключила телефон и пошла в комнату Азиза.
Дверь была открыта, я зашла и уперлась в кровать, справа стоял небольшой встроенный шкаф, на потолке висела одинокая тусклая лампочка. Пространства не было, как и окон. Это была перестроенная гардеробная в современной однокомнатной квартире. Огромное зеркало в пол в спальне у Марьям когда-то служило раздвижной дверью в этот гардероб.
– Азиз, сколько ты прожил в этой комнате?
– Я сюда спать приходил два года, днем в квартире никого не бывает. Вот я и удивился увидев тебя сегодня.
Он робко сел на кровать и начал отдирать сухую кожу на руках.
– И ты меня тоже удивил, даже разозлить успел, – я улыбалась, вспоминая утро и снова опиралась на дверной косяк рассматривала пустые стены комнаты. – Сколько ты за неё платишь?
– Мы делим аренду на троих, здесь в Звенигороде это не дорого.
– Да, я хочу здесь жить.
– Это хорошая комната, я буду скучать по ней, как и по наставлениям Марьям найти добрую и работящую жену. Она любит сватать, передаю тебе этот жребий.
Азиз улыбался, но глаза у него были грустные.
– Спасибо, жаль что мы раньше не общались, – сказала я глядя на него сверху.
– Вообще, я к тебе подойти боялся.
– Почему, Азиз?
– Ты красивая, – он растерянно отвёл взгляд.
Я понимала, что нравлюсь ему, и из озорства заставила смутиться его ещё больше:
– Да, это повод, не общаться со мной, – слова прозвучали с лёгким возмущением и насторожили Азиза, но я весело добавила. – Но ты тоже ничего!
Его лицо засветилось, глаза стали ещё уже и, не зная куда деться, он снова принялся отдирать сухую кожу на руках.
Я ушла на кухню и, зная что Азиз последует за мной, налила нам чай. Робкие шаги послышались сразу, он достал сковородку из шкафа рядом с плитой и сказал:
– Давай я пожарю картошку, у меня это лучше всего получается.
– Конечно! – ответила я и придвинула к нему кружку чая, а сама села за стол.
Время бежало быстро, Азиз делился планами на Новый год, рассказывал про тёплую зиму в Ташкенте и множество стеклянных высоток, которые отражают бесконечное голубое небо Узбекистана. Было интересно его слушать, потому что я никогда не путешествовала, и Москва была первым городом, куда я отправилась самостоятельно.
После ухода Азиза, я проверила почту и обнаружила приглашение на собеседование. От радости я накинулась на чемодан в поисках одежды на завтра.
Пришла Марьям, я накормила её ужином и рассказала про завтрашнее собеседование. Она с материнской заботой хвалила меня и говорила какая я умная, но потом добавила:
– Лера, тебе нужен добрый и работящий муж, – на мгновение она задумалась и добавила – С квартирой в Москве.
Глава 33. Вид из окна
Самым важным было занять место у окна, а ещё лучше забежать в автобус первой. В мою маленькую деревню приезжал автобус строго по расписанию, один раз в день. Выстраивалась длинная очередь, и я не могла устоять на одном месте: вдруг не успею?
Тогда я мечтала стать водителем автобуса и каждый день ездить из одного города в другой. Мне нравилось наблюдать за мелькающими в окне деревьями, домами, реками, пасущимися на поле коровами. Казалось, нет лучше профессии в мире, чем водить автобус.
Мама нежно поглаживала меня по голове и приговаривала:
– Доченька, любима, жизнь такая длинная.
Конечно, я её не слушала. В такие моменты я скучаю по маме, вспоминаю её слова и думаю, как же она была права.
Сегодня я ехала в полупустом автобусе на заднем сиденье: оно самое высокое и оттуда открывается лучший вид. Пробки в город закончились, время было ближе к обеду, в окне мелькали дорогие коттеджные поселки и ухоженный многоэтажные дома. За свои двадцать четыре года я успела поработать журналистом в небольшом провинциальном городе недалеко от своей деревни и пекарем в городе Москва – по ощущениям совсем другом государстве. Про мечту стать водителем автобуса я забыла. Да что там – я даже никогда не думала сдать на права. Моя неуклюжесть и умение падать на ровном месте, натыкаться на мебель, двери, перила на лестничной площадке, противоречит идее водить даже велосипед. Но зато я прекрасно знаю грамматику русского языка, владею английским и французским.
И это мне не пригодилось, ведь я еду устраиваться на работу барменом, потому что очень хочу остаться жить в Москве.
Главное улыбаться. Иногда это очень сложно, но работа в общепите требовала умения располагать к себе людей. Так можно и чаевых заработать. Я намерена трудиться как можно больше и зарабатывать не потому, что я жадная, а потому, что мне жить хочется. Эта борьба за выживание.