Бар показался мне атмосферным, с вековой историей. Стиль был выдержан во всех мелочах: он выглядел как огромный погреб, уставленный дубовыми бочками с пивом, квадратными столами и стульями из тёмного дерева. Стены из крупного серого камня уносили воображение в средние века, в эпоху маленьких европейских замков-государств.
Я старалась понравиться и произвести впечатление на менеджера. Она была достаточно сдержана и строга, но обладала обаянием и чувством юмора. Ей не понравилось отсутствие опыта работы барменом в моем резюме и, не задумываясь, я приняла её предложение поработать официанткой.
Испытательный срок оплачивался, приступить к работе можно было послезавтра. Форму мне выдадут, даже будут кормить. Основным требованием было – выучить меню с большим количеством сортов пива. Меня очень впечатлила концепция этого бара, я всегда питала слабость к красивым интерьерам, и была очень рада, что меня берут на испытательный срок.
После собеседования я вышла и оказалась посреди большого переулка. В этот момент я гордилась собой, что сама нашла работу, с первого раза! От счастья, я не могла решиться, куда пойти дальше и чем заняться. Домой было рано возвращаться и хотелось погулять по Москве, в этой части города я ещё не была. Довольная собой, я пошла в неизвестном направлении. Мимо проносились люди, машины, а я задумчиво бродила по улицам. Время шло незаметно и так же незаметно впереди появился пруд.
По геолокации телефона я поняла, что нахожусь на Патриарших прудах и тут же вспомнила Мастера и Маргариту. От радости мне захотелось с кем-то поделиться этой находкой, но я стояла в одиночестве, пока в руке не завибрировал телефон.
– Здравствуй Дима, – ответила я, но в трубке было молчание. – Ты меня слышишь?
Снова глухая тишина. Я начала волноваться, что-то случилось. Обычно его неудержимый напор сносил все на своём пути.
– Дима?
Послышался вздох и спокойный голос:
– Где ты?
– На Патриарших прудах, представляешь, как в романе Мастер и Маргарита, – я говорила дрожащим голосом моё чувство радости резко сменилось волнением от разговора с Димой.
Он недослушал и бросил трубку.
Я вспомнила, что обещала ему перезвонить и не сделала этого.
Вчера он звонил целый день, а я игнорировала. Была уверена, что Дима никуда не денется, позвонит ещё раз и вообще, отвечу ему когда разберусь со своими делами. Ответила, к вечеру и тут же избавилась от него. Недооценила, отнеслась к его помощи как к должному.
Мне было скверно. Нависло давящее бессилие, вся моя прежняя радость и гордость с той же силой обернулась смирением. Я хотела заслужить прощение, но это было невозможно. Вокруг меня была только серая слякоть под ногами и снег, который не переставал падать. Такой же мокрый и противный как мой поступок.
Ботинки промокли, я перестала чувствовать пальцы ног, но меня это ничуть не волновало. В голове была единственная мысль – я потеряла его. Подняла взгляд и увидела высокого мужчину в черном, он шёл мне навстречу, за ним следовал другой, с оружием и бронежилете. Я испугалась, свернула с переулка и тут же услышала:
– Лера!
Повернула голову и в мужчине в чёрном узнала Диму. Он подошёл ко мне и я заметила какой он высокий, грубые черты его лица стали ещё выразительнее. Совсем другой и чужой. Таким я его не видела.
– Как ты нашёл меня?
– У тебя шапка дурацкая, – сказал он и сделал ещё шаг, расстояние между нами исчезло. Медленно, я сделала шаг назад, но почувствовала как его сильные руки обхватили меня. Я успела сказать только:
– Дима.
Он сжал меня в объятиях. Я насторожилась, рядом стоял угрюмый мужчина с оружием и в бронежилете.
– Кто этот человек за тобой?
– Телохранитель, – совершенно спокойно ответил он.
– Как мне себя вести?
– Как обычно, – усмехнулся он.
– Дима, почему ты так быстро приехал?
– Я живу рядом.
Он взял меня за руку и куда-то повел.
– Куда мы идем?
– Домой ко мне. Ты замерзла.
Мы перешли дорогу и к нам подъехал большой чёрный автомобиль. Дима открыл дверь и я попала в совершенно другой мир. Слова закончились.
Из окна открывался вид сверху – на все что происходило рядом. Пешеходы, машины, здания – все было не настоящим, игрушечным. В огромном автомобиле с мягкими кожаными креслами, водителем и телохранителем мы были одни на дороге, нам не надо было стоять в очереди. Москва в которой живут больше тринадцати миллионов человек перестала быть большой и людной, она превратилась в место, где уступают дорогу и пропускают вперед.