Начало получается перспективное. Что будет дальше?
В дни, когда Пётр Николаевич начал налаживать связи в глубинке России, Лев Гурыч улаживал свои больничные и служебные дела.
В госпитале ему сняли гипс, после чего хирург пригласил Иванова зайти на несколько минут в ординаторскую. Ещё раз осмотрев его, заставив пару раз пройтись по комнате, постоять на одной ноге, достать с закрытыми глазами кончик собственного носа, врач сказал:
— Не первый раз я провожаю вас, товарищ полковник, из госпиталя. Надеюсь, последний. Честно говоря, у многих были грустные прогнозы, когда вы почти неделю без сознания лежали. А теперь, — лёгкая хромота — жизни не помеха. В остальном — и голова, и внутренние органы, — в полном порядке. Но всё же, мой совет, желательно изменить образ жизни. Падение с пятого этажа не всегда так благополучно кончается…
— Учту, Вартан Тигранович. Я ухожу на пенсию. Буду спокойно жить, на рыбалку ходить….Хотя, это вряд ли… Никогда не увлекался рыбалкой.
— И ещё одно, Лев Гурыч: абсолютно обязательно закрепить курс лечения в санатории. Организм у вас крепкий, но два с половиной месяца в постели, тяжёлая нагрузка на сердце, на лёгкие. Лишённые ежедневной нагрузки, они склонны к заболеванию. Явных признаков оных я у вас не вижу, но 4 недельки спокойной жизни, с прогулками в лесу, по морскому пляжу считаю необходимыми. Соответствующие бумаги и вашему начальству, и в хозяйственное управление я уже направил. Рекомендую в Прибалтику.
— Прибалтика нынче заграница!
— Да нет. Лучший с лечебной точки зрения курорт на Балтийском побережье, — наш. Зеленогорск, Калининградская область. Не столь фешенебельно, как у некоторых, но условия оздоровительные отличные. Да и комфорта хватает. Вполне хватает. Там у Министерства обороны великолепный санаторий.
— Я бывал там, доктор. Правда, только по служебной надобности. Места там, действительно, изумительные. Сосновый лес, пляжей таких нигде нет.
— Ну и ладненько. Езжайте. Желаю успехов…и не встречаться нам больше!
— В этих стенах не встречаться, Вартан Тигранович! В этих стенах!
Не долго задержался Лев Гурыч и на работе. Приказ о его увольнении был подготовлен заранее. Пригласили на пять минут к генералу, новому начальнику…Прошёл по отделам, попрощался с коллегами…Сдал табельное оружие и служебное удостоверение. Присел за свой, или уже не свой, стол? Все бумаги Вячеслав давно вынул, рассортировал, нужные для работы взял к себе, остальное отнёс Льву домой….Посмотрели в глаза друг другу. Всё!
— С тобой, Слава, мы не расстаёмся….А в остальном….И это здание, и эти заботы теперь для меня — прошлое. Но какое дорогое прошлое! А….не будем об этом. Вечером сможешь заглянуть ко мне?
— Разумеется, Лёва. Я с тобой не прощаюсь, увидимся. Ты иди, и не грусти, пожалуйста. Хотя понимаю, как тебе трудно. Но ты думай о своём новом деле. Оно, пожалуй, поважнее всех прошлых…А тебе его с азов осваивать приходится.
Иванов вышел, тщательно закрыв дверь.
Ещё открывая замки своей квартиры, Лев Гурыч услышал надрывающуюся телефонную трель. Быстро вошёл, присел возле телефона. С радостью услышал голос Беркутова, с которым не связывался уже два дня. Дела у Петра складывались нормально. Их прогноз на поездку оправдался почти полностью. В трёх уральских городах Пётр Николаевич завязал перспективные контакты и подготовил почву для поездки юриста. Вот только Харченко? Беркутов колебался, возвращаться в Москву или всё же побывать и у него?
— Тебе, Пётр, на месте виднее. Мне же отсюда кажется, что съездить к нему нелишне. Раскрываться перед ним не обязательно, а там сориентируешься.
— Ладно, сегодня позвоню ему и выеду ночным поездом. У тебя-то как дела?
— Спасибо, господин генерал. Вчера с госпиталем распрощался, а сегодня — с нашей конторой. С сегодняшнего дня я законный пенсионер.
— С чем и поздравляю! Всего доброго, Лёвушка. В субботу, надеюсь, увидимся.
Лев Гурыч положил трубку и тут же раздался новый звонок. На этот раз звонил Гриша Смыслов, отставной сыщик, друг Костеренко. Да и с Ивановым их связывали тёплые доверительные отношения.
Высокий очень худой еврей, носивший вполне русские имя и фамилию, очень хорошо и похоже описан Леонтьевым в "сериале" про сыщика Иванова. Умный, очень физически сильный, несмотря на нескладную внешность, Гриша был сыщиком от бога и много раз помогал Иванову в его запутанных расследованиях. Когда его неожиданно пригласил в гости, ещё будучи начальником Главка генерал Беркутов, Гриша удивился. Он был знаком с генералом, раза два бывал у него в кабинете вместе со Львом Гурычем, но степень знакомства не предполагала посещать генерала дома. Однако, Григорий Ефимович не привык смущаться ни в каких ситуациях. После чая с вареньем, Беркутов доверительно сказал Григорию, что предполагает после очень скорой своей отставки заняться политикой и, в нескольких фразах сообщив о своих взглядах, спросил, разделяет ли Смыслов его оценки?…