— Вы думаете, я блядь , испугаюсь?! — прорычала я. — Подходите, твари. Все блять сюда!
И началась резня.
Они прыгали — я рубила.
Орали — я вонзала клинок в пасти, в глотки, в глаза.
Кровь брызгала, слизь сыпалась, мясо рвалось.
Они цеплялись когтями, пытались схватить — но не получалось.
Вскоре всё стихло.
Я стояла, облитая кровью, с мечом в руке. Вокруг — расчленённые тела. Вода снова была тихой.
Глава 6 . Пауза
Я упала.
Тело просто отключилось. Ни сил, ни желания что-либо делать. Всё, что внутри — сгорело.
Я лежала на спине. Дышала тяжело, с хрипами. В груди колотилось сердце — быстро, неровно, будто пыталось вырваться наружу. Руки гудели, пальцы дрожали. Кровь липла к коже, грязь холодила спину. Но я даже не пыталась встать.
Несколько минут я просто лежала.
Слушала, как внутри затихает злость, как уходит адреналин.
А потом пришло другое — голод.
Резко. Без подготовки.
Как пустота, которая схватила изнутри и начала сжимать.
Я с трудом приподняла голову.
Глаза щиплет. Всё плывёт. Но я узнала его сразу.
То самое дерево.
Высокое. Кривое. Чёрный ствол, толстые ветви.
И фиолетовые плоды наверху. Те самые, которые я уже ела тогда — когда чуть не сдохла от холода и усталости. Когда выжила — только потому, что смогла на него влезть.
Я подтянулась.
На ногах стоять было тяжело, но я пошла. Медленно. Осторожно.
Когда подошла ближе — обняла ствол. Он был липкий, шероховатый.
Живой.
Я начала карабкаться. Руки скользили, ноги дрожали.
Пару раз срывалась, падала на колени. Но не остановилась.
Наконец — забралась. Села на толстую ветку, прижалась к дереву.
Пальцы разжались только тогда, когда дотянулась до ближайшего плода.
Он тяжёлый. Без запаха. Мягкий.
Я смотрела на него долго.
Внутри всё сжималось, просило: "Хоть что-нибудь... хоть чуть-чуть..."
Я откусила.
Вкус — всё такой же: ни горький, ни сладкий. Просто… вкус. Нейтральный. Как будто жуёшь что-то, что просто нужно проглотить, чтобы не умереть.
Я ела молча. Один. Второй. Третий.
И через какое-то время почувствовала: голод отступает. Совсем чуть-чуть.
Но стало легче дышать. Не так мутит. В голове больше нет звона.
Я прислонилась спиной к стволу, сжала колени, положила на них голову.
Ветки скребут по волосам. Внизу — тихо.
Никто не идёт.
Где-то хрустнула ветка. Я не вздрогнула.
Просто прикрыла глаза.
Сказала почти шёпотом, даже не себе, просто в никуда:
— Если кто и придёт... пусть не сразу. Я устала.
Я отключилась почти моментально
Я проснулась от вони.
Не от холода. Не от шума. От запаха.
Резкий, гнилой, мокрый.
Словно кто-то вывернул чьи-то кишки и оставил рядом на солнце — только солнца тут, блядь, нет.
Я распахнула глаза.
Серое небо всё ещё висело надо мной. Ветки дрожали от лёгкого ветра. Я сидела всё там же — на дереве.
Щёка липкая, рука затекла. Тело ныло. Но я сразу почувствовала — что-то не так.
Я опустила взгляд вниз.
Твари.
Русалки.
Всё ещё валялись у воды.
Разорванные, в крови, с переломанными рёбрами, с раздробленными черепами. Кто-то из них всплыл, кто-то — вылез наполовину и так остался.
Всё вокруг завоняло.
Их тела начали гнить.
Они не исчезли. Не испарились. Не утянулись обратно в воду.
Они остались.
Разлагались на воздухе.
И теперь этот трупный запах стелился по лесу — тяжёлый, липкий, как плесень, которой натёрли мне лицо.
Я поморщилась, чуть не блеванула.
Рука соскользнула с ветки — я едва не упала.
Спустилась. Снова через силу, с ссадинами, с орущими мышцами.
Ноги едва держат, но стою.
Пошатываюсь.
Меч… меч всё ещё там. У земли.
Заляпан кровью.
Я подняла его. И тут же услышала: ж-жжж…
Мухи.
Я повернула голову — и увидела, как над одним из тел кружит рой.
Блестящие, жирные, с грязными крыльями.
Ползают по лицу мертвой русалки.
Я отвернулась.
— Пиздец, — только и выдохнула.
Мне надо было уходить.
Быстро. Пока они не начали вонять по-настоящему. Пока лес не проснулся от этой вони.
Пока что-то другое не пришло. Что-то, что питается трупами.
Я двинулась прочь.
Глава 7 .Свет, уроненный в грязь
— Что за хрень? — первым сказал Элар, прищурившись сквозь туман. — Там кто-то лежит.