Пенерин уже валясь с ног, буквально заполз в свою каюту. Как, оказалось, оставить в системе две трети инженерной группы было ошибкой. Если предварительные расчеты и тесты показали относительно небольшие повреждения, то действительность оказалась тяжелой. Кроме повреждений, полученных в бою, начали выходить из строя приборы, все-таки орокуэнская сборка была не столь удачной, и постоянные встряски и нагрузки на них немедленно сказывались.
Стоило кораблю уйти в прыжок, как многие приборы перешли на дублированные системы, естественно они были не столь надежны как основные и могли отказать в любой момент. Лайцбрингер ничего не сказал, но по его взгляду было понятно, что проблемы инженера его абсолютно не волнуют, но корабль должен быть исправен.
С горем пополам и кучей стимуляторов к концу прыжка удалось устранить большую часть неисправностей и даже заменить поврежденные в бою блоки, благо, что ЗИПов хватало. Их предусмотрительно закупили еще перед началом выполнения контракта.
Оставалось лететь еще часов двадцать, и за это время необходимо было хорошо отдохнуть. Следующая декада не грозила «расслабухой», да и работ по кораблю было еще много. А Пенерин собирался еще посмотреть отчет битвы, чтобы спокойно проанализировать возможности Юрия по восстановлению корабля. Уже сейчас его команда, должна была изучить и оценить все обломки и начать восстанавливать что-то стоящее, которое могло совершить хоть пару прыжков в системы контролируемые Содружеством.
Он попытался начать просматривать отчет, но буквально сразу начал засыпать. «Похоже, столь важное изучение опять придется отложить на потом», – пронеслось у него в голове и он отключил монитор информатория и зевая во все свои сорок восемь зубов завалился на кровать, которая еще не было убрана с сегодняшнего утра, или вчерашнего. Давненько уже ему не приходилось вот так работать самому и за инженера и за техников, а иногда и за обычного подручного «подовайлу».
60
Лайцбрингер с интересом наблюдал, как выкручивается инженерная группа. Им явно не хватало рабочих рук, но надо отдать им должное они, не жалуясь, продолжали работы, иногда спя прямо на ходу, во время перехода от одного места ремонта к другому. Были задействованы все дроиды, которые в автоматическом режиме выполняли работы. Это очень редко делали гоблины, предпочитая лично контролировать ход работ, а частенько и самим его проводить. Но количество выходящей из строя аппаратуры было большой нагрузкой на нынешний состав инженерной группы.
Лайцбрингер постоянно пополнявший свои капитанские знания на сетевых форумах, теперь уже понимал, что необходимо срочно проводить замену многих блоков, желательно на эльфийские и гномьи, на крайний случай подойдут и людские. Сказывалось его не полная профессиональность в данном вопросе. Слишком он уж прыгнул через несколько ступенек по иерархии космофлота, став капитаном из начальника абордажной команды.
Если бы он полетал пару лет старшим помощником, то возможно такой переход дался бы ему легко, но такой скачек, какой проделал он, давал о себе знать. Теперь за это приходилось расплачиваться излишними тратами на модернизацию, закупками нового оборудования и премиями инженерной группе. Теперь же приходилось полагаться больше на свою команду, выслушивая их советы и рекомендации, что ставило его в неловкое положение. Все-таки он привык к полному контролю ситуации, и безупречному авторитету. А тут авторитетом и не пахло, прямо команда единомышленников, сразу и не определишь кто тут капитан и кто тут ческа.
Еще он задумывался часто о Юрии. Больше всего его волновало, не случилось ли беды, он часто бросал взгляд на свой амулет, рассчитывая, что он сразу покажет изменения, но тот продолжал гореть ровно, тем необычным янтарно-кровавым цветом на который он вышел еще пару месяцев назад. Это успокаивало, но как всегда подлые мысли проскальзывали в его сознание, «…что амулет привязан к нему, а не Юрию, и это хорошо дела идут у тебя, а не у него». Приходилось отгонять их силой воли, « слава Мандосу, что как раз силы воли у него было достаточно».
Пришел вызов от дежурного пилота, новичка, которого взял на стажировку, а также испытательный срок Лайцбрингер. Он уже чувствовал момент, когда Лец перейдет на новый корабль Юрия и поэтому подстраховался, взяв двух пилотов стажеров из неудавшегося выпуска военной академии. Кстати, их посоветовал сам Лец, сказав, что они были лучшие на его курсе. Может, конечно, он и приврал, но пока они его не подводили, и этого было достаточно. Старания у них было много, а это самое главное, но оно то и понятно. После того как их выпуск был фактически «выкинут на планету», работы для них не было и они прозябали на черных работах или на попечении своих семей, что иногда было хуже рабства.