Все это, конечно, выглядело довольно странно, и об Артуре по-прежнему помнили, но все больше приходили к убеждению, что здесь дело какое-то личное.
Может быть, его грохнули из-за бабы. Артур был, как говорится, «ходок» еще тот, и за всеми его приключениями в половой сфере никто, разумеется, особо не следил. Мало ли? Перешел кому-то дорогу, залез не на ту и не туда, и в результате словил пулю. Бывает и такое. Сейчас в России убивали и за гораздо меньшее.
Потому «особый режим» Колян снял, выплатил Паше за его помощь премию, и предложил обмыть все это в «Наф-Нафе».
Паша, который последнее время пил, себе на удивление, довольно мало, решил, что вот он — наконец! — прекрасный повод, чтобы расслабиться.
— Телки будут? — спросил он.
— Конечно, будут! — ответил с широкой улыбкой Колян. — Будут обязательно. Разве праздник без них — это праздник?
Мерзкая погода подкачала, конечно, но в машине Коляна все это выглядело не очень страшно. А в кафе она вообще не играла никакой роли. Так, дождь слегка намочил голову, пока пассажиры перебегали из машины под навес, да и только. Да у одной подруги внезапный порыв ветра задрал юбку чуть выше пояса, что вызвало у приятелей Коляна приступ казарменного остроумия.
Столики были заказаны заранее. Но Паша был уверен, что если бы Коляну понадобилось, то для него столики нашлись бы в любом случае.
Ну, в крайнем случае, попросили бы кого-нибудь очистить помещение. Люди здесь понятливые, спорить бы не стали. А то себе дороже выйдет. Мало кто не знает, кто такой Колян…
То ли от нервов и усталости, то ли просто потому что так случайно вышло, но сегодня спиртное действовало на Пашу убойно.
Иногда он мог много выпить, причем даже мешая водку с пивом, но при этом относительно ясно думать, чувствовать и контролировать свое поведение. А бывало и так, что с казалось бы совсем небольших доз сознание уходило куда-то далеко — далеко, и в памяти оставались какие-то обрывки, между которыми, как потом оказывалось, были огромные зияющие пустоты.
Сегодня был именно такой вечер. Начали с коньяка, потом перешли на водку, Паша много танцевал, несколько трезвел от энергичных движений, выходил на воздух подышать и покурить, но снова возвращался за столик, снова пил водку большими рюмками, кого-то начинал тискать…
Запомнилось красное лицо Коляна, приблизившееся в упор:
— Веревкин! Ты полегче бы, ты скоро в хлам ляжешь. Тебе пропустить надо.
Паша улыбался, отрицательно махал рукой:
— Гуляем, Коля! Помни! Я за тебя все, что хочешь сделаю!
Игорь перешагнул порог «Наф-нафа», и легкая улыбка чуть тронула уголки его губ. Кафе, несмотря на удаленное расположение и мерзкую погоду, было практически забито. Все столики были заняты, но в баре свободных стульев оставалось много.
Игорь снял плащ, отдал его в гардероб, и сразу направился к стойке. Бармен был ему немного знаком.
Во-первых, и так иногда встречались на улицах, но, в основном, из-за налоговых проверок. Поляков приходил с проверкой подлинности акцизных марок на спиртном, и сертификаты на продукцию приносил ему именно бармен.
Ничего плохого Игорь никогда ему не делал, да и опасаться какой-то неприязни со стороны бармена не стоило хотя бы потому, что тот был прекрасно осведомлен, где теперь работает Поляков. Налоговая или милиция — связываться с ними мало кому хотелось. Причем со второй организацией еще меньше чем с первой.
— Что у тебя тут есть приличного? — спросил Игорь, пристроившись на высоком барном стуле, и закурив сигарету из новой пачки.
— Коньяк хороший, — честно ответил бармен. — Водка тоже ничего. За остальное не могу сказать — сам не пробовал.
— Хорошо, — усмехнулся Игорь, — давай пока пятьдесят коньячку.
Он выпил, и в желудке сразу стало тепло и приятно. Шум кафе слегка ушел в сторону, а зрение немного расплылось. Хотелось праздника.
— Давай еще пятьдесят. Что у вас так сегодня народа много? Вроде не выходной?
Бармен пододвинул рюмку:
— У какой-то студентки что-то вроде дня рождения, или именин, или еще что-то — не поймешь. Вон там они сидят. А еще Колян со своими пришел. И баб своих привел. Вот все кафе и заняли.
— Весело тут у вас, — протянул Игорь.
Вторая рюмка совпала с приятной мыслью, что с подругами студентки нужно как-то познакомиться.
Присутствие Коляна его немного, конечно, напрягало — он прекрасно знал, кто это такой. Но ведь и тот знал, наверняка, начфина из РОВД. Зачем ему с ними ссориться? С этой стороны Игорь не опасался ничего.
После третьей рюмки Поляков впал в мечтательное настроение. Правда, впечатление портил какой-то невысокий светловолосый парень, видимо, из компании Коляна. Он весьма крепко поддал, но еще относительно устойчиво держался на ногах, и сейчас его, как часто говорят, «перло».
Парень громко читал стихи, вставая ногами на стул и вставляя между строчками матерные слова, отпускал скабрезные шутки, лез к окружающим обниматься и целоваться, и, вообще, пребывал в активной стадии эйфории.
Игорь брезгливо отвернулся. В этот момент к бару приблизились сразу две девушки из студенческой компании. Они уселись на свободные стулья рядом с Поляковым, и начали пересматривать яркие этикетки импортного спиртного, выставленного на полках. При этом, было похоже, что они сопоставляют цены и свои финансовые возможности, и эти финансовые возможности данным ценам не очень соответствуют.
По мнению Игоря, настал благоприятный момент для знакомства.
— Не желаете ли мартини? — спросил он великодушно. — Я угощаю, у меня сегодня хорошее настроение.
Девчонки переглянулись между собой и захихикали. Они также были не очень трезвы.
Игорь окинул их оценивающим взглядом. По его оценке, лет через двадцать, а то и раньше, они должны были превратиться в толстых опухших теток. Но сейчас, благодаря очарованию молодости, выглядели еще даже очень ничего. Во всяком случае, он — Игорь — не отказался бы от более тесного плотского знакомства ни с одной из них.
Девчонки пошушушкались.
— Отчего же, — ответила одна — невысокая, круглолицая, улыбчивая, в донельзя короткой юбке, из-под которой даже слегка выглядывал верхний край чулка. — Желаем.
Игорь повернулся к бармену, и заказал две рюмки мартини.
Завязалась непринужденная беседа, которая начфину очень даже нравилась. Девчонки были молоденькие, еще глупенькие — они смеялись над каждой его шуткой, и непроизвольно принимали на веру почти каждое его высказывание. Какой это был контраст с умудренной Ольгой! Там, особенно последнее время, Игорь чувствовал себе глуповато — казалось. Ольга заранее знает, что он скажет ей в следующий миг.
Беседа переходила в стадию, когда Игорь начал подумывать, какую из двух подруг лучше всего пробовать отбить от другой и уговорить пойти к нему домой, (а там уж как получится), когда к выходу из кафе направился «излишне веселый» парень. Но проходя мимо бара, он остановился, а потом направился к стойке.
— Салют, телки! — выдал он сходу, а потом разразился какими-то стихами нецензурного содержания.
Смысл из сводился примерно к тому, что главная задача девушек и женщин в этой жизни, это удовлетворение сексуальных потребностей «правильных пацанов», и его, в частности.
Девчонки покраснели и насупились. Игорь почувствовал себя оскорбленным. Он столько времени потратил на обработку, а какой-то мудак одним своим появлением все испортил.
— Милейший, — довольно вежливо, как ему казалось, высказал Игорь пьяному субъекту, — не пошел бы ты на воздух подышать?
Но все, что дошло до основательно затуманенных мозгов Паши Веретенникова, (а это был именно он), это только часть предложения — «не пошел бы ты»?
Если бы стойка у бара хорошо просматривалась со стороны столиков, занятых Коляном и его братвой, то, может быть, все бы повернулось по-другому. Но как раз в этот момент никто из компании Коляна ничего не замечал. Особенно если учесть, что основная их часть была в немного лучшем состоянии, чем сам Паша.