Небольшая полянка, залитая лунным светом, и стало ясно, что дальше бежать не надо. Но где же тот, кто позвал? Тон звучания ночи неуловимо изменился и, повинуясь движению невидимого партнера по танцу, Дара сделала полукувырок через левое плечо, чтобы успеть принять выметнувшуюся из стены леса стремительную тень на подошвы берцев. Колени сложились чуть не до ушей, гася энергию броска, а немалые клыки клацнули, смыкаясь в ладони от лица. Но в следующий миг ноги выпрямлялись, отправляя не слишком тяжелое тело почти на другой край поляны.
Впрочем, упала «тень» совершенно «по-кошачьи» на все четыре лапы, но потом всё же не удержалась и сделала пару кувырков, взрывая серебристую в лучах Спутника траву. Но пришелец явно не был обескуражен падением и воинственно клацнул зубами, показывая лапу с выпущенными когтями. Дара «впечатлилась», и показала в ответ нож. Теперь впечатлился визитер и насмешливо фыркнул в ответ. Но когти убрал. Девушка тоже убрала клинок в ножны.
Короткий бросок — кажется, что вдоль серебристой травы пробежал «обратный» лунный зайчик — и, подкатившееся под ноги к совершенно не успевшей среагировать девушке тело сбило её с ног. Точнее — и Дара успела это понять, пока они в обнимку катились по траве — атакующий ухитрился остановиться буквально в шаге, подсечь под колени ударом передней лапы, оттолкнуться и поймать падающую девушку где-то посредине её движения. Но тут они расцепились, и в двух шагах «проявились» громадные глаза, на дне которых плескалось ни с чем несравнимое счастье.
Так может радоваться котенок первой пойманной в жизни мышке… Некоторое время Дару «кувыркали» по всей полянке, как горячий пельмень в сметане, сбивая на землю каждый раз при попытке подняться и дать отпор этому гуттаперчевому вихрю. Но все старания применить полученный ранее опыт «цивилизованного» выяснения отношений при помощи конечностей заканчивались кувырканием по траве, да сомкнувшимися на ухе, шее или запястье острейшими зубами (впрочем, не больно, скорее насмешливо), или шершавым языком, прошедшимся по носу, шее или щекам.
А потом Дара поняла, как ей двигаться, не нарушая музыки сфер. И тень пролетела мимо, слегка направленная небольшим доворотом бедра. Некоторое время они танцевали, и никто не мог коснуться другого. Вроде и вместе, и, в тоже время каждый ведет свою собственную партию. А потом Дара легко дала себя повалить. Но в этот раз она не выпустила очень живое, будто состоящее из сотни маленьких перекатывающихся бугорков тело противника.
Совершенно бесшумно, но от этого не менее весело, они опять покатились по траве, но теперь «вела» уже девушка, не давая вырваться из своих объятий очень гибкому, кажется состоящему из водяных струй, переливающихся под мягкой пушистой шкуркой, небольшому телу. Партнер был чрезвычайно силен, он легко бы вырвался, если б его кто-то отпустил — далеко не всё и не всегда решает сила. Завязываясь невообразимыми узлами, они почти выкатились с полянки, когда Дара обхватив руками буквально «протекающее сквозь пальцы» тело «в замок», прижалась, даванув изо всех сил. Под руками пискнуло, и соперник утроил усилия, но не тут-то было — охватив еще и ногами, Дара представила, что она удав, медленно сжимающий свои кольца…
Через некоторое время попытки разорвать захват прекратились, и в ямку под затылком слегка кольнуло. Так — с намеком. Пришлось «удаву» быстренько разжимать свои кольца и шустро отодвигаться в сторону. Впрочем «тень» тоже не стремилась возобновить тесный контакт а, отползя на пару шагов, свернулась в мохнатый клубок и теперь только шумно дышала. И что теперь делать?
— Дар-а, говорили же мне-е, что нельзя с адамитами в клинч входи-и-ить! Чтоб я больше старших не послушалась… — казалось, что говорящий, одновременно с произнесением фраз, еще и протяжно зевает, чуть не вывихивая себе челюсти.
Впрочем, почему казалось? Вполне приличные клыки отчетливо блестели в лучах Спутника.
— Ёжка? — неуверенно спросила девушка, — а где Мишутка?
— Мишутка на посту — последний зачет сдает. Мы тебя и вчера видели, как ты возле озера звала, но сама пома-аеш-ш, — зубы опять отчетливо лязгнули, смыкаясь. — А ты оказывается настоящее чудовище-е.
Вопреки собственным словам, Ёжка уже успела обнять Дару всеми четырьмя руками и теперь усиленно прятала мордочку на груди, щекоча подбородок жесткими «усиками» над бровями. Девушка в долгу не оставалась и вовсю гладила млеющую девчушку по шерстке на спине и чесала за ушком. От чего разговор стал несколько невнятным.