— Говорите короче, самую суть…
— Привет, старина, — усмехнувшись, сказал Андрей. — Ты один?
— Извини, гражданин начальник, но толком пока не знаю, — моментально ответил Вацлав. — Надо посмотреть на балконе, в ванной, в шкафу и в кухне… Но в кровати — точно один!
— Поздно вчера вернулся?
Вацлав громко и протяжно зевнул, чуть подумал, затем сказал:
— Можно считать, что я пока еще не вернулся…
— Тренировка, стало быть, отменяется?
— Разрази меня гром, что случилось, Андрей? Ты ранен? — с деланным испугом тут же воскликнул Вацлав. — За одну разминку с тобой я готов отдать трех зверушек из «Блэк-Найт-гарден»!
— В таком случае, как всегда — у входа? — все-таки уточнил Андрей.
— Ровно в девять, — ответил Вацлав.
В полдень они уже завтракали в кабачке Томми Стиггенса. Как обычно, напряженная тренировка взбодрила их, бассейн успокоил, а контрастный душ просто дал хорошее настроение.
— Закажу-ка я пивка… для рывка! — добродушно сказал Вацлав Крыл, собираясь уже подозвать бармена.
— Нет. Сегодня — никакого пивка, — так же добродушно сказал Андрей.
— Почему?
— Потому что в два тридцать мы с тобой должны быть в кабинете Монда.
— Боже мой! — в изумлении всплеснул Крыл руками. — Значит, мистер Монд не любит запаха старого доброго «Родебергера»?
— Уверяю тебя, мистер Монд любит не только запах, но и вкус старого доброго «Родебергера». Но, как ты знаешь, у мистера Монда есть дочь, которая терпеть не может ни того ни другого.
— О, прекрасная мисс Мари!.. Не хочешь ли ты этим сказать, что мисс Мари Монд тоже будет в два тридцать в кабинете мистера Монда?
— Я хочу сказать, что уверен в этом на сто процентов.
— Но ведь это же, Андрей, называется у нас «общий сбор». Или я не прав?.. Мог бы и предупредить. Почему я всегда узнаю обо всем последний?
— Меня тоже не предупредили, — сказал Андрей. — Время это не назначалось. Просто я краем уха слышал, как Мари говорила вчера дворецкому, что вернется сегодня из библиотеки на час раньше обычного. Значит, в два. А сам мистер Монд после ужина мне зачем-то шепнул, что ему звонила секретарша Доулинга Милена и почтительнейше просила быть в одиннадцать утра в кабинете шефа.
— О, прекрасная мисс Милена! — не преминул вставить Вацлав. — Я с ней знаком… Значит, Доулинг, говоришь, вызвал Монда в управление полиции вместо того, чтобы запросто приехать самому в его дом, скажем, к ленчу?
— Совершенно верно. И уже больше часа они беседуют.
— Черт возьми! — стукнул Вацлав кулаком по столу. — Вряд ли они перебирают сейчас косточки итальянским болельщикам, что стараются каждый футбольный матч превратить в побоище, как ты думаешь?
— Думаю, что они перебирают сейчас документы по делу Бэдфула…
— Господи, стало быть, ты и это знаешь?! До чего же вам, экстрасенсам, легко живется! И как искренне простые смертные вам завидуют! Ведь для вас открыты не только двери офисов, сейфы банков, будуары дам, кошельки прохожих, но и черепные коробки ближних! Как ты думаешь, что конкретно сию минуту говорит этот Рычард Львиное Сердце — Монду?
— Конкретно сию минуту он с сожалением говорит о том, что ты, непонятно почему, веселишься как наследник-провинциал на поминках богатой столичной тетушки. Да к тому же еще опрокинувший в себя пять-шесть кружек своего любимого «Родебергера».
— Это ощущение драки, Андрей, — сказал Крыл, потирая руки. — Наконец-то подошедшей к нам азартной драки. Как мне кажется, буканьеры Его Величества однозначно должны выхватывать свои шпаги с улыбкой, сэр!
— В нашем случае — все-таки буканьеры Монда, — поправил друга Андрей.
Ровно в два тридцать все были в сборе. Лоуренс Монд ничуть не был удивлен этим обстоятельством, хотя, как мы помним, специально эту встречу не назначал. Просто все члены группы, и при этом каждый по каким-то особым своим догадкам, давно уже почувствовали нутром: дело это обязательно в свой час попадет к ним в руки.
Монд сидел за своим письменным столом и еще раз просматривал записи, сделанные в рабочем блокноте во время беседы с Доулингом. Посередине кабинета стоял еще один стол, поменьше, вокруг которого в креслах расположилась его команда: чуть левее от Монда — Мари, справа — Андрей Городецкий и Вацлав Крыл. Перед ними лежала раскрытая черная папка, привезенная Мондом из управления. Фотографии, справки, акты многочисленных экспертиз, пояснения следователей — все это тщательнейшим образом просматривалось, передавалось из рук в руки, вполголоса комментировалось.
На всю эту подготовительную работу Монд предоставил своим сотрудникам не более тридцати минут.