— Ну ты даешь! — восхищенно воскликнул Андрей.
— Стараемся. — Мишель так и светился самодовольством. — Учти только — это первый заход, закусочка. Что ж? За Вацлава? За друзей?
Выпили по полстопки — некуда, мол, спешить. Закусили. Говорить было не о чем, но подступающий хмель сам находил вопросы, неторопливо подбирал ответы на них, и Мишель, английский акцент которого чувствовался все больше, не замечал, что говорит, собственно, он один, а собеседник его так понимающе слушает, что хотелось и то, и не то еще порассказать ему.
Андрей, почти не вникая в смысл, прислушивался к русской речи, думая, что вечер получился таким, как ему хотелось, — уводящим от неожиданно нахлынувшей тоски и бесконечной скуки наблюдения за Барри.
— Михаил Федорович, — неожиданно возник около них половой, — Андрея Павловича просят к телефону.
— Меня? — изумился Андрей.
— Вас.
— Подойди, раз просят, — посоветовал Мишель, тоже несколько удивленный.
Пока Андрей шел к стойке, половой, поддергивая шнур, подтащил телефон.
— Слушаю, — не успев переключиться, по-русски сказал Андрей.
— Андрей Павлович?
— Да, — ответил он, и только тут до него дошло, что и с ним говорят по-русски. Он почувствовал, что трезвеет.
— Слушайте меня внимательно и не задавайте вопросов, — послышалось в трубке. — У вас в машине пассажир. Часа два он будет вести себя тихо. Постарайтесь как можно скорее доставить его… — Связь прервалась.
Он медленно положил трубку, оглянулся на Мишеля. Видно, что-то изменилось в его лице. Хозяин встал, словно готовясь прийти ему на помощь.
— Сиди, я сейчас, — бросил ему Андрей, выхватил из плаща ключи от машины и вышел.
Ночь освещалась лишь фонарями над входом в трактир, моросил холодный осенний дождь. Втянув голову в плечи, чуть пригнувшись, Городецкий побежал к машине, стоявшей недалеко, метрах в двадцати. Открыв дверцу, он нырнул внутрь, оглянулся на заднее сиденье и на секунду включил свет в салоне.
Завалясь чуть влево и откинув голову назад, на заднем сиденье расположился человек. Казалось, он спит. Однако Андрей, мгновенно выключив свет, успел заметить, что руки пассажира схвачены наручниками, цепочка от них пропущена через специальную скобу на внутренней стороне дверцы и уходит вниз. Видимо, скованы были и ноги.
Андрей вышел из машины, запер ее и бегом вернулся назад.
— Я позвоню, — обратился он к Мишелю.
— Давай, давай, — словно поторапливая его, сказал тот, но так и остался сидеть, предчувствуя, что желанный гость собирается его покинуть.
Андрей набрал номер. Когда Мари отозвалась, он быстро проговорил:
— Через двадцать минут жди меня слева от гостиницы, на первом же перекрестке, — затем положил трубку, надел плащ, вынул портмоне, намереваясь достать деньги.
— Стой! — Мишель ухватил лапищей его руку. — Так не пойдет! Ты, Андрей, мой гость.
— Перестань, я к тебе как снег на голову свалился.
— Ты мой гость, — твердо сказал Мишель.
— С какими же глазами я к тебе в следующий раз приду?
— А вот когда придешь, тогда и посмотрим. Придешь?
— Обязательно.
— Может, на дорожку?
— Не могу, извини.
— Приходи, — Мишель с нежностью смотрел на него, — ты еще и девочек наших не послушал. Как поют! Заплачешь.
— Прощай, Миша. Спасибо. Придем непременно. С Вацлавом.
— О! Молодец. Жду.
Андрей выскочил на улицу и через минуту уже летел к центру города, прислушиваясь к себе и чертыхаясь.
Мари ждала его. Он открыл дверцу и коротко бросил:
— Садись за руль. — Он обежал машину и сел рядом с пассажиром. — Мари, как можно скорее к Доулингу. Кто у них сегодня дежурит?
— Гвари.
— Сейчас я попытаюсь с ним связаться.
— Кто рядом с тобой?
— Со мной?
— Но не со мной же.
— Да это, как его, гость из министерства, охотник за аппаратурой.
— Ты, случайно, не пьян?
— Пьян, а что?
— Где ты его добыл?
— А черт его знает. Подхожу к машине, а он сидит. Видишь, еще и в наручниках.
— Живой?
— Дышит.
— Может, ты перестанешь мне голову морочить? Говори толком, откуда он взялся?
— Понятия не имею.
— Ладно, трезвей, потом разберемся.
Прекратив разговор, она прибавила скорость. Андрей щелкал тумблерами.
— Господин майор?
— Андрей, это вы?
— Да, часа через полтора мы привезем к вам важного гостя. Хорошо бы сэр Доулингу взглянуть на него.
— Понял, ждем вас.
В дороге почти час Андрей спал. Когда подъехали к управлению, выяснилось, что их действительно ждут: ворота сразу же распахнулись, пропуская машину во двор. Двое сотрудников Доулинга осмотрели пассажира, аккуратно освободили его от наручников и, подхватив под руки, исчезли с ним в здании. Гвари, наблюдавший за этой процедурой, приказал тщательно его обыскать, все обнаруженное запаковать и доставить в кабинет Доулинга. Сэм, Мари, Андрей и Чарлз Маккью, несколько дней назад включившийся в их работу, были уже там.